§ 4. СМЕШЕНИЕ ЯЗЫКОВ И НАРОДОВ В ИМПЕРИИ АТТИЛЫ

Английский исследователь А. Дж. Тойнби о локальных цивилизациях писал: возможно, наши критики согласятся признать, что цивилизации сравнимы между собой, но они, по всей вероятности, будут утверждать, что эта сравнимость имеет чисто формальный характер. Разве она не ограничена рамками некоторых внешних характеристик? Поэтому не правильнее ли будет провести разграничетельную черту, отделив значимые цивилизации от незначимых? А предположив, что значимая цивилизация является каким-то одним представителем вида, не придем ли мы другим путем к тому же тезису о «единстве цивилизации»?

Он отмечает: нельзя забывать, что любая ценностная характеристика всегда несет субъективную окраску. Так стоит ли, преодолев заблуждение относительно уникальности своей цивилизации, вновь впадать в старый грех, настаивая, что одна цивилизация может быть значимее другой?

Та же эгоцентрическая иллюзия в новой форме. Можно также напомнить критикам, что ценность, подобно времени, относительна.

Чтобы построить для сравнения оценочную шкалу, которая была бы в известной степени абсолютной, необходимо сравнивать цивилизации не только друг с другом с учетом конечной целевой установки каждой, но и с примитивными обществами, от которых они отличаются общим видовым свойством. Необходимо определить, сколь далеко они продвинулись в достижении своей и общей цели и насколько отстоят от наиболее высокого уровня, достигнутого примитивными обществами. Лишь осуществив эти измерения, можно будет говорить о значимости каждой отдельной цивилизации и попытаться установить высшую точку развития их.

По его мнению тезис о « единстве цивилизаций» ложен. История доказала, что цивилизации могут возникнуть в отрыве друг от друга. Исследователь указывает, что последняя мысль особенно важна, поскольку цивилизации представляют собой не статистические формации, а динамические образования эволюционного типа. Они не только не могут пребывать в состоянии покоя, но ен могут и произвольно менять направление, как если бы они двигались по улице с односторонним движением. [1] Если продолжить эту аналогию, то мы увидим, что ни одна из идентифицированных нами двадцати одной цивилизации не преодолела ещё всю улицу до конца и что четырнадцать из них постигла беда, когда они, нарушив правила, повернули вспять. Одни из них сталкивались с другими, другие же останавливались ввиду реальной угрозы для окружающих. Что же до тех семи цивилизаций, которые существуют и сегодня, то трудно сказать, которая из них в состоянии достичь конца улицы, какие из них все ещё норовят развернуться, а какие строго соблюдают правила движения.

Однако, воспользовавшись нашей аналогией, попробуем посторить искомую шкалу ценностей.

Итак, если на плане нашей улицы точками изобразить двадцать одну цивилизацию, то обнаруживается, что точки не рассыпаются равномерно по всей длине улицы. Можно заметить, что они сгрудились в одном весьма узком месте. Сзади окажется довольно большое пространство, которое все из ехавших, включая и неудачников, успешно преодолели. Впереди же – тоже свободное пространство – туда ещё не въехала ни одна машина. Это и есть самая длинная часть дороги. Разумеется, если ограничить внимание лишь той частью улицы, где наблюдается скопление точек, то и говорить, собственно, не о чем. Если же рассматривать все точки по всей длине улицы, то можно увидеть, что династии между ними ничтожно малы по сравнению с расстоянием, которое отделяет их от начала и конца пути. [2]

Понятие «смешение» этносов, культур, традиций используется многими исследователями. Мы используем понятие «смешение» (К. Квигли) по отношению гуннских, иранских, тюркских, угорских, славянских и горных народов Причерноморья и северного Кавказа.

Синтез или смешение по А. Дж. Тойнби : все феномены жизни янусоподобны, ибо в разных аспектах они одновременно и сравнимы, и уникальны. Каждое проявление жизни уникально, поскольку оно сосредоточено не в себе. Это сущностное свойство проявляется в способности к вариациям и мутациям, имеющим уникальный творческий характер. Однако определенные проявления жизни, как свидетельствуют данные таких наук, как психология, биология, ботаника, зоология и антропология, сравнимы между собой. Психология и биология сравнивают материальные структуры и механизмы жизни статически и динамически. Ботаника и зоология сравнивают индивидуальные живые существа, чтобы классифицировать их и определить, каким образом классы связаны между собой и в каком хронологическом порядке они появились. Зоология включает в свое поле сравнительного исследования изучение животного, называемого человеком; но поскольку это животное, прежде чем стать человеком. Было животным стадным, постольку и человечество должно быть изучаемо в связи с социальной средой, без которой оно, кстати, не может существовать. Поэтому и необходимо сравнительное изучение человеческих обществ, которые представляют собой проявления жизни, но сами при этом живыми существами не являются.

Наука, которая занимается сравнительным изучением примитивных обществ, называется антропологией. Успехи её общепризнанны. Однако широко распространено мнение, что сравнительный метод, используемый антропологией, применим только к исследованию народов, не имеющих истории. Мнение это основывается на предположении, что сравнительное исследование и историческое исследование несовместимы между собой, потому что история не повторяется. Если же при изучении какого- либо общества с помощью сравнительного метода успехи налицо, то это приписывают тому, что, значит, общество это в некотором смысле «внеисторично».

«народы, у которых нет истории», отождествляемые с примитивными обществами, - это, конечно, весьма сомнительное словосочетание, ибо, даже если все существующее в настоящее время примитивные общества пребывают в статическом состоянии, это не доказательство того, что они изначально и всегда находились в таком состоянии. В начале нашего исследования было показано, что превратности разватия обществ данного вида иногда приводили к затянувшемуся и лишенному действия эпилогу, что засохший ствол сохранялся и после того, как жизненные соки переставали поддерживать его. Разве нет вероятности, что все существующие ныне примитивные общества – это сухие ветви когда-то живого древа и что их застывшее состояние – эпилог бурной когда- то истории? Ведь не всегде же они были неподвижными. Когда-то этот вид обществ начал свое существование, приняв стадный образ жизни и пройдя мутационный цикл от нечеловека к человеку. Фиксируя отблески истории примитивных обществ, мы понимаем, что они были столь же динамичными и значительными, как и более поздние цивилизации.

Таким образом, описание примитивных обществ как «народов, у которых нет истории», ошибочно и свидетельствует прежде всего об ограниченности наших возможностей.[3]

Все народы имеют свою историю и все народы проходят или проходили период смешения.

· Первое смешение для древнеболгарской цивилизации мы можем отнести к алтайской эпохе;

· Второй период смешение можно отнести к 200- летнему отрезку пребывания болгар, сувар на территории Балхаша, Сырдарьи, Амударьи;

· Третье смешение можно отнести к 800 летнему историческому отрезку северокавказской эпохи;

· Четвертый период смешения мы относим к Волжско – Камской эпохе (Волжская Болгария);

· Пятый период смешения можно сказать проходит в Золотой Орде и Казанском ханстве;

· Процесс смешения, начавшийся с середины XVI в.(российская цивилизация, российская эпоха) продолжается уже около 500 лет.

Обратим внимание на позицию ученых по проблеме смешения языков и народов.

С. А. Плетнева в работе «Кочевники Средневековья» о гуннском смешении отмечает, что однако отпочковавшееся «подразделение» по мере продвижения по степям в поисках свободного, т.е. заселенного более слабым в военном отношении этносом района, начинало обрастать примыкающими к нему ордами или даже отдельными родами разных попадающихся на пути и мимоходом побеждаемых, а значит также разоренных и готовых благодаря этому к первой стадии кочевания племен и этнических общностей. В результате чем длиннее и больше путь, тем более изменялся этнолингвистический и антропологический состав первоначально отпочковавшейся ветви. Появлялись предпосылки для создания новой этнической общности также, как возникла благоприятная обстановка для сложения нового гражданского сообщества.

То же происходило и с материальной культурой. Отпочковавшаяся группа, естественно, уносила с собой культуру « материнского сообщества». За долгие годы многочисленных перекочевок, трудных переходов, тяжелых битв, слияний с покоренными и примкнувшими общностями, имевшими свои культурные традиции, первичная культура почти полностью исчезала. Оставались только те особенности, которые касались усовершенствований в военном деле, т.е. то, что делало новое подразделение непобедимым. Все остальное исчезало и постепенно, уже при переходе во вторую стадию кочевания, начинало заменяться новой, состоящей из многих культур и влияний культурой.

Мировоззрение или скорее религиозные представления и культы приобретали «частный» характер. Особенно широко распространялся культ предков. Обряды, связанные с ним, выполнялись главами семей. Ритуалы более общих культов поклонения силам природы, как правило, справлялись на общих съездах вождями орд и объединений. Жречества как отдельной «специализированной» прослойки, исполняющей основные культы, не было, хотя шаманы и представители «опасных» профессий ( кузнецы, гончары), конечно, табуировались, участвовали в культовых ритуалах и следили за правильностью исполнения многочисленных пронизывающих жизнь кочевника обрядов.

Интересно, что с переходом степного населения к первой стадии кочевания менялся не только их собственный этнолингвистический и культурный облик, существенно изменялся и состав стада. Наиболее ценным видом скота становилась лошадь, необходимая и для всадников и для тягла. Огромные табуны пускались в зимнюю пору на пастбища первыми. Они разбивали наст и выкапывали траву. За ними пускали неприхотливый и терпеливых овец и коз. Крупных рогатый скот, значительно хуже переносивший длительные перекочевки и зимние бескормицы, видимо, специально не разводили, а использовали периодически, когда удавалось угнать его у соседей или отобрать у побежденных.

Византией Клавдий Клавдиан в описании бедствий, принесенных в его страну гуннами, подчеркнул несчастья не только людей, но и угнанного на чужбину скота: «Захваченный скот, уведенный из родных хлевов, пьет на Кавказе мерзлую воду и меняет пастбища Аргея на скифские леса».

Что же остается археологам от культуры кочевников, находившихся на первой, таборной стадии кочевания?

Разноэтническая, разноязыковая, разнокультурная масса племен или орд, объединенная под властью вождей в союзы племен или орд, постоянно двигалась по тысячекилометровым степям во враждебном окружении. У них не было ни постоянных становищ, на которых могли бы остаться культурные слои, ну постоянно функционировавших родовых кладбищ. Хоронили они чаще всего в курганах предыдущих эпох, рассыпанных по степи, или просто в специально тщательно скрытых могилах. Этот обычай скрывать места погребений дольше всего сохранился в среде родовой аристократии, где древние обычаи культивировались и оберегались более тщательно, чем в среде простого народа. Древняя обрядность как бы выделяла аристократию, бывшую к тому же носительницей древних верований, поскольку вожди и ханы исполняли по совместительству и функции верховных жрецов. Ханские усыпальницы отличались необычайным богатством сопровождающегося инвентаря, поэтому скрыть их от глаз народа и грабителей было необходимо. Делая скрытые могилы, кочевники, как правило, преследовали именно эту цель – уберечь её от грабителей и иных осквернителей. Так, ещё в XIII в. Плано Карпини фиксировал этот «скрытый» погребальный обряд в развитом феодальном монгольском обществе: «если умирал среди монголов знатный и богатый», то его хоронили «тайно в поле», причем сверху над могилой «кладут траву, как было раньше, с той целью, чтобы впредь нельзя было найти это место».

Интересно, что этот обряд существовал не только в начале XIII в., но и во времена Марко Поло, который также подробно его описал.

Смешение (по С. А. Плетневой) шло по направлениям:

· Этноса;

· Языка;

· Культуры.

Далее С. А. Плетнева отмечает, что несмотря на общую черту, в целом даже на второй стадии кочевания гунны так и не сложились в единую этнолингвистическую общность. Об этом свидетельствуют сведения древних авторов, о которых мы будем говорить во второй главе, а также многообразие погребального обряда в захоронениях гуннского времени.

Языковеды замечают, что гунны, сувары, болгары и хазары были носителями R-языка, но сложиться в условиях гуннско – евразийского смешения они не успели.

Нужно было время до 100 лет, но после смерти Аттилы (453 г.) этнолингвистическая общность распалась.

Гуннская общность ассимилировалась и исчезла среди болгар, сувар и хазар.

А. А. Бернштам в разделе своего исследования « Аттила и гунны в его время» о социально – экономической трансформации пишет: Приск указывает, что у гуннов имелись рабы, которых разрешалось продавать и покупать; он отмечает явления, по которым можно было бы заключить, что в варварском государстве в достаточной степени были развиты классовые отношения, разделение на рабов и рабовладельцев. Вместе с тем, его сведения дают все же основания предполагать, что строй гуннского объединения сохранял ряд черт первобытно – общинного общества. Гуннский союх на той стадии не был ещё сложившимся классовым обществом. Одним из ярких мест, доказывающих это положение, является приводимый разговор с греком, жившим долгое время у гуннов. У дома Онигисия римский посол повстречал к своему изумлению одетого в богатые скифские одежды человека, говорящего на греческом языке. Грек, как это отмечает Приск, явно не был рабом. В разговоре грек дает меткую характеристику положения неимущих слоев населения у «цивилизованных» римлян и «варваров» гуннов.

«… Бедствия, претерпеваемые римлянами во время смутное, тягостнее тех, которые они терпят от войны, по причине жестокого взимания налогов и притеснений, претерпеваемых от дурных людей, ибо закон не для всех имеет равную силу. Если нарушающий закон очень богат, то несправедливые его поступки могут остаться без наказания, а кто беден и не умеет вести своих дел, тот должен понести налагаемое наказание».

Приск возражал своему незнакомцу, оправдывая систему общественных отношений в Восточноримской империи, в частности, тем, что «римляне поступают с рабами гораздо снисходительнее, чем варвары», и что «не позволено предавать их смерти, как это водиться у скифов. Рабы имеют много способов получать свободу»,

Единственным возражением грека на слова Прииска было: «Законы хороши, и римское общество прекрасно устроено, но правители портят и расстраивают его, не поступая так, как поступали древние».

Оценка греком общественных отношений в Империи и у «варваров», противопоставление последних Риму, как более справедливых, является одним из подтверждений того, что гуннское общество аттиловской эпохи не было окончательно сложившимся классовым обществом. [4] Недаром Сальвиан, пресвитер из Массилии, указывает: «Если обманывает хун или гипид, то что же в этом удивительного, если он совсем не знает преступности обмана. Чья несправедливость такова, как наша? Франки этих преступлений не знают, хуны от этих преступлений свободны.

Уже указывалось, что гунны Аттилы знали классовые отношения. Наличие у них рабов отмечается Прииском неоднократно. Римским посланником «запрещалось освобождать римского военнопленного, покупать варварского невольника». Архитектор, построивший баню Онигисию, был жителем Сирмии, взятым в плен «скифами», т.е. гуннами. Он надеялся получить свободу в награду за свое искусство, но вместо того был обречен на труд, более тяжкий, «чем скифская неволя». О доме жены Аттилы, Креки, Прииск отмечает: «… вокруг царицы стояло множество рабов: рабыни, сидя на полу против неё, испещряли разными красками полотняные покрывала, носимые варварами поверх одежды, для красы». Прииск сообщает, что «два человека, бывшие у скифов в неволе, были приведены со связанными назад руками за то, что убили своих господ, владевших ими по праву войны. Обоих распяли…»

У гуннов этого периода отмечается рост имущественных различий. Сам Аттила имеет свой дворец-ставку, жена его херкка – отдельную ставку. Одна из жен Бледы была старшиной селения, в которое заезжал Приск. Онитисий имел лучший дом после Аттилы. Взятые в плен люди в первую очередь «доставались на долю, после Аттилы, скифским вельможам, имеющим большую власть». Члены господствующего рода были подобны наместникам над покоренными племенами, например для акатирами. Рабы использовались главным образом в домашнем хозяйстве и не являлись у гуннов основными непосредственными производителями. Хозяйственной базой у гуннов оставалось скотоводство, хотя земледелие в это время было широко развито среди местных славянских племен. Продукты земледельческого производства получались путем обложения данью племен, вошедших в состав гуннского объединения. [5]

Историк подробно говорит о процессе военно –политической экспансии евразийской империи Аттилы. Так, например, гунн Хелхал, главнокомандующий римским легионами, вел переговоры с вождями покоренных готов о том, что он «даст готам земли, но не для них самих, а в ползу уннов; что унны, не занимаясь земледелием, будут, как волки, приходить к готам и похищать у них пищу; что готы, находясь в состоянии рабов, будут работать для содержания уннов…»

По-чувашски хел – зима, холод, а халӑх – народ. Хеллече можно с чувашского перевести холодный, суровый народ, народ с севера или зимовья.

Из сообщения видно, что собственно гунны земледелием не занимались: римскому посольству в селениях давали «в пищу вместо пшеницы просо, вместо вина так называемый у туземцев медос», а «следующие за ними служители получали просо и добываемое из ячменя питье, которое варвары называли камос». Такое противоречие надо понимать в том смысле, что в гуннском обществе основные земледельческие работы выполнялись племенами, вошедшими в состав объединения в процессе завоевания. Эти, главным образом древнеславянские племена были, в основном, земледельцами, сами же гунны являлись скотоводами – кочевниками и непосредственно земледелием не занимались. Надо отметить, что селения, в которых посольство получало продукты земледельческого производства, находились « по ту сторону Дуная», т.е. за пределами территорий – фактических ставок кочевников.

Несмотря на наличие классового расслоения на рабов и рабовладельцев, несмотря на рост имущественной дифференциации, гуннское общество в целом ещ1 сохранило свои примитивные формы. Аттила был ещё вождем, близко стоявшим к племенам. Когда Прииск описывает прибытие вождя, то отмечает, что Аттила остановился перед домом и многие просители, имевшие между собою тяжбы, подходили к нему и слушали его решения. Иордан дает такую характеристику: «Любя войну, Аттила был уверен в деле, тверд в совете, снисходителен к просьбам и благосклонен к тем, кого однажды принял под свое покровительство». Эти характеристики показывают, что вождь варваров не являлся выразителем классовых интересов рабовладельцев, а в первую очередь осуществлял интересы скотоводческих гуннских племен, сохранивших ещё патриархально – родовые отношения.[6]

Иордан отмечает, что Аттила по своему облику гунн, а гуннов все древние авторы, особенно Аммиан Марцеллин, антропологически отличают от остальных племен (например, аланов). На пиру Аттила ест из деревянной посуды; в ряде его действий ясно заметно соблюдение традиций кочевого быта скотоводов патриархально – родового строя.

Прииск упоминает дальнейшее развитие завоеваний при Аттиле. Целью было не только захватить территорию, но и взимать дань. Увеличение владений путем завоеваний, включение в состав племенного союза большого количества покоренных племен были в то время и на том этапе общественных отношений средствами борьбы против тех форм эксплуатации, которые росли внутри гуннского общества и могли бы в конце концов подорвать силу гуннского племенного союза. В результате этих причин, во времена Аттилы накануне европейского похода, вследствие бурного развития классообразующих процессов, вырастает особое значение покорения других племен и народов. Аттила относится ещё к представителям той власти, которая достаточно сильна и опытна для покорения и угнетения собственного народа.

Таким образом ближайшим поводом к организации похода был рост социальных противоречий внутри гуннской орды.

Мы знаем, что империя Аттилы распространилась от территории Германии, Франции, Венгрии и тянулась до Среднего Поволжья и завершалась землями болгар и сувар и Арменией. На этой территории проживали сотни, а может и миллионы людей разной племенной принадлежности. Древние марийцы, мордва только словами входили в империю гуннов.

Болгаро – сувары участвовали в различных набегах, которые Аттила регулярно устраивал. Например, к моменты похода на запад Аттила имел значительные войска из разных племен. Из восточных племен можно назвать гуннов и акациров, роксаланов, антов, аланов; В гуннское объединение входили, кроме них, и другие славянские племена; из германских упомянем герул, остготов. Руководство союзными племенами осуществлялось их собственными вождями.

Продвижение Аттилы было направлено к Рейну. Путь стратегически выбрали удачно, он шел через варварскую периферию империи, население которой могло явиться наиболее вероятным союзником. Отряды были разделены на две группы: одна группа шла по правому берегу Дуная и мела задачей снести передовые римские укрепления, что и выполнила; другая, левобережная, подчинила своему союзу квадов в Западных Карпатах и маркоманов в Шварцвальде. Соединение Гуннов произошло у истоков Дуная.

Франки (восточные), жившие по берегам Неккара, свергнув своего короля, примкнули к Аттиле. То же проделали тюринги и зарейнские бургнуды. Фактически у рейна произошло окончательное, хотя и временное объединение сил варваров, после чего, с помощью имим самими сделанных мостов, они переправились в нескольких местах через Рейн.

Наибольшее смятение поход Аттилы вызвал в Галлии и в Бельгийских провинциях, где жители пытались бежать с насиженных мест. Из укрепленной Лютеции (Париж), известной большими восстаниями 360 и 383 гг., жители также хотели бежать. Легенда приписывает спасение лютеции некоей Женевьеве (Геновефе), которая якобы сумела воздействовать на жителей, и они остались на своих местах.

Однако Аттила не дошел до Лютеции. Опустошив Мец и ряд других городов Галлии – Страсбург, Шпейер, Вормс, Майнц и другие, Аттила осадил Орлеан, но вследствие отсутствия поддержки в тылу должен был после жестокого сражения снять осаду.[8]

Теодорик, король готов, и его сын, как рассказывает Григорий Турский, отбили второе наступление гуннов на р. Марне (Матроне) в 451 г. в окрестностях г.Труа и окончательно их разбили. Это была занаменитая Каталунская битва, после которой могущество гуннов больше не расцветало. Битва эта вошла в историю и запечатлелась в ряде мифов и сказаний вплоть до скандинавских саг.[9]

Историки России и Европы по-разному отслеживают роль Империи Аттилы и роль гуннов в смешении языков и народов евразийского пространства.

Исследователи М. И. Артамонов, А.Д. Удальцов, Б. А. Рыбаков, П. А. Третьяков, А.Н. Бернштам рассматривают действия (процесс) в прогрессивном плане. Е. А. Томпсон в работе «Гунны: Грозные воины степей» пишет: « они были просто грабителями и мородерами». [11] Наряду с таким подходом Томпсон указывает, что « гунны играли важную роль в евразийской истории менее ста лет»

Подробности смерти Аттилы до сих пор неясны. Может быть, в связи с этим и создалось столько разноречивых легенд о его кончине, времени смерти (453) и времени погребения [10].

Выводы

1. Племена Западной Европы в это время были более сильны своим социальным строем, чем гунны, находившиеся уже на стадии сложения классового общества. Восстание и победа варварских племен Западной Европы над гуннами предопределили «варваризацию» последних. Появление новых варварских государств на смену гуннам представляет собою выступление свежих сил. В то время как у гуннов власть переходила по наследству, у упомянутых племен вожди избирались. Другим племенем, сохранившим у себя патриархально – родовой строй, в частности франкам, удалось несколько позднее, а именно в 476 г., окончательно завершить политический разгром Римской империи, что было одной из важнейших предпосылок создания западноевропейского феодализма. Гуннское нашествие разбудило варварские «запасы» племен, сломивших Рим, в этом заключается всемирное историческое значение гуннского похода на Запад, в этом заключается всемирно – историческая роль Аттилы. Если источники (Иордан и Приск) отмечают субъективные причины похода гуннов на Запад, то несравненно важнее отметить объективную историческую роль гуннского нашествия.

2. Гуннское «нашествие» в литературе рассматривалось и рассматривается как движение «азиатов», громивших европейскую цивилизацию. Гунн – синоним дикаря, разбойника. Это представление, доминирующее в литературе, ничего общего с действительностью не имеет. Гунны и созданный ими огромный племенной союз отнюдь не были, как это представляет западноевропейская наука, разбойничьим отрядом. Они стояли несравненно выше многих европейских племен и по своему социальному строю и по своей культуре. Разгромив готов, гунны, тем самым, высвободили из-под их политического господства славянские племена и сами восприняли скифо – сарматскую и древнеславянскую культуру. Культурное влияние гуннов на западноевропейские племена отмечается учеными на основании археологического материала.

3. Следует отметить, что Бернштам преувеличивает большую роль гуннов в развитии славянских народов. Правильнее было бы утверждать роль гуннов в укреплении тюркских традиций ( в языке, культуре) болгар, сувар и хазар.

4. А. Н. Бернштам отмечал, что по сравнению с рабовладельческой системой, в гуннском племенном союзе были элементы новых, более совершенных общественных отношений – имелись предпосылки образования феодальных порядков. И этим не исчерпывается превосходство гуннов над Европой, особенно над её варварской периферией.

5. Гуннский племенной союз, включавший в известной мере и элементы азиатских структур, а главное культуру южнорусских степей, принес, наряду с ними, и черты древнейших государственных образований Средней Азии и, может быть, Китая. В известном смысле можно сказать, что гунны принесли с собой в Европу это влияние.

6. Наконец, самое главное, гуннский союз сыграл ту всемирно – историческую роль, что он мобилизовал всю варварскую периферию рабовладельческой системы Средиземноморья и Причерноморья и подготовил разгром не только Римской империи, но и античных центров Причерноморья, исчерпавших у этому периоду возможности своего развития ( по А.Н. Бернштаму).

7. Для части историков (западно – европейских) «смешение» обернулось грабительством и мородерством гуннов.

8. Для нас, чуваш, эпоха Аттилы была временем смешения и формированием отдельных этнокультурных общностей.

Недаром исследователи пишут « гунны – сувары», «гунны – болгары.» Консолидация и смешение продолжилось в условиях Болгаро – суварского объединения. Великой Болгарии и Суварского царства в составе Хазарского каганата.

Вопросы и задания

· Расскажите о вторжении гуннов в Европу;

· Подготовьте доклады по истории экспансии гуннов ( по работам С.А. Плетневой, Э.А. Томпсона, А.Н. Бернштама, М.И. Артамонова и других).

· Нарисуйте карту вторжения гуннов в Европу;

· Расскажите о Каталуанской битве народов;

· Подготовьте рассказ о смерти Аттилы;

· Посмотрите фильм «Аттила – завоеватель».

Литература

1. Тойнби А.Дж. Постижение истории / А.Дж.Тойнби – М., - С. 92-93.

2. Там же – С. 94.

3. Там же – С. 95.

4. Бернштам А.Н. Аттила и гунны в его времени – С. 157.

5. Там же – С. 158.

6. Там же – С. 156.

7. Там же – С. 160.

8. Там же – С. 160-161.

9. Там же – С. 161.

10. Томпсон Э.А. Гунны: грозные войны степей / Э.А.Томпсон – М., 2008. – С. 258.

ИМПЕРИЯ ХУННУ И ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ПРОТОЧУВАШ (ПРАБОЛГАР) В ЕВРОПУ

Историки и археологи перечисляя мировые цивилизации древности, начинают с цивилизации Древнего Востока. прародиной всех цивилизаций являются цивилизации Древнего Египта, Шумера, Вавилона, Китая.

Историки и геополитики называют Древний Египет речной цивилизацией. Река Нил была стержнем государства, успешно развивалось земледелие, строились ирригационные системы для орошения земли.

Египетская земледельческо-речная цивилизация имела жесткую социальную структуру:

· Фараон - всевластный обожествляемый правитель

· высшая знать - жрецы, родовая и военная аристократия.

· чиновники

· купцы, воины

· ремесленники, земледельцы(свободные крестьяне)

· рабы

Особенность сруктуры общества-иерархичность.

Иерархия- последовательное расположение общественных слоев или служебных званий от низших к высшим, в порядке их подчинения.

Таким образом, мы ясно видим, что цивилизация имеет развитую социально-классовую структуру. Кроме египетской цивилизации на рубеже III-II тыс. до н.э. происходит генезис: Вавилонской, Китайской, Индийской, Древнегреческой, Древнеримской цивилизаций.

Цивилизации имеют отличительные черты переходного периода:

· ремесло отделилось от сельского хозяйства;

· строительство ирригационных систем для искусственного орошения полей;

· появление социального неравенства

· возникновение государства- системы органов управления обществом и его подавления;

· строительство больших городов, зарождение архитектуры;

· создание письменности.

Развитие цивилизаций по А.Дж. Тойнби имеет цикличность и они проходили стадии генезиса,роста, расцвета, затухания(распада) и смерти.

Обратим внимание на периоды развития египетской цивилизации:

конец III тыс. до н.э.-период политической раздробленности.

середина II тыс. до н.э.-объединение Египта. Столица-Фивы.

XV в. до н.э.- Египет покорил Сирию, Палестину, Нубию.

525 г. до н.э.- захват Египта Персией.

С 332 г. до н.э.-греко-македонское господство.

С 30 г. до н.э.- Египет стал римской провинцией.

По А.Дж. Тойнби в V в. египетская цивилизационная исчезает.

О природе цивилизации прекрасно изложил американский историк и геополитик С.П.Хантингтон в работе «Столкновение цивилизаций».Он отмечал,что человческая история- это история цивилизаций. История охватывает целые поколения цивилизаций-от древних (шумерской и египетской, классической мезоамериканской) до христианской и исламской цивилизаций. В течение всей истории цивилизации предоставляли для людей наивысший уровень идентификации. В результате этого истоки, возниконовение, подъем, взаимодействие, достижения, закат и падение цивилизаций обстоятельно изучались выдающимися исориками, социологами и антропологами, среди которых были: Макс Вебер, Эмиль Дюркгейм,Освальд Шпенглер, Питирим Сорокин, Арнольд Тойнби, Адда Боземен, Эммануил Валлерстайн и Фелипе Фернан-дез-Арместо. Из-под пера этих и других исследователей вышли увесистые научные труды, посвященные сравнительному анализу цивилизаций. Эта литература крайне различна по подходу, методологии, акцентам и концепциям. Но тем не менее все сходятся в основных понятиях, затрагивающих природу, отличительные черты и движущие силы цивилизаций. [1]

По мнению С.П.Хантингтона,во-первых, различие в восприятии понятия «цивилизация» как единственная таковая и понятия «цивилизация» как одна из многих. Идея цивилизации была разработана французскими философами восемнадцатого века как противопоставление концепции «варварства». Цивилизованное общество отличается от примитивного тем, что оно оседлое, городское и грамотное. Быть цивилизованным хорошо, а нецивилизованным-плохо. [2]

Американский исследователь подробно пишет об историографии проблемы. Так он далее заметит, что существуеь корреляция между разделением людей по культурным признакам и их разделением на расы по физическим признакам. И все же нельзя ставить знак равенства между цивилизациями и расами. Люди одной и той же расы могут быть разделены на различные цивилизации; людей различных рас может объединять одна цивилизация. В частности, самые распространненые миссионерские религии, христианство и ислам, охватывают людей многих рас. Коренные различия между группами людей заключаются в их ценностях, верованиях, традициях и социальных институтах, а не в их росте, размере головы и цвете кожи.Во-вторых, цивилизации являются всеобъемющими, то есть одна из их составляющих не может быть понята без соотнесения с соответствующей цивилизацией. Цивилизации, как заметил Тойнби, "охватывают, не будучи охвачены другими".

Цивилизация является наивысшей культурной целостностью. Деревни, районы, этнические группы, национальности, религиозные группы- у них всех сформирована культура на различных уровнях гетерогенности. Культура деревни на юге Италии может отличаться от культуры деревни на севере Италии,но они будут разделять общую итальянскую культуру, которая отличает их от немецких деревень. Европейские сообщества, в свою очередь, будут обладать общими культурными чертами, которые отличают их от китайских или индийских сообществ.Цивилизация, таким образом,- наивысшая культурная общность людей и самый широкий уровень культурной идентификации, помимо того, что отличает человека от других биологических видов. Она определяется как общими объективными элементами, такими как язык,история, религия, обычаи, социальные институты, так и субъективной самоидентификацией людей. Цивилизации-это самые большие «мы», внутри которых каждый чувствует себя от всех остальных «них». "цивилизации могут состоять из большого количества людей, как китайская цивилизация , или очень небольшого, как англоязычные жители острово Карибского моря.

У цивилизаций нет четко определенных границ и точного начала и конца. Люди могут идентифицировать себя по-разному и делают это. В результате состав и форма цивилизаций меняются сос временем. Культуры народов взаимодействуют и накладываются друг на друга. Степень, с которой культуры цивилизаций разнятся или походят друг на друга, также сильно варьируется. Цивилизации, таким образом, являются многосторонними целостностями, и все же реальны, не смотря на то что границы между ними редко бывают четкими. В-третьих, цивилизации хотя и смертны, но живут они очень долго; они эволюционируют, адаптируются и являются наиболее стойкими из человеческих ассоциаций, «реальностями чрезвычайной longue durre». Их «уникальная и особенная сущность» заключается в «длительной исторической непрерывности. на самом деле, жизнь цивилизации является самой долгой историей из всех.» Империи возвышаются и рушаться, правительства приходят и уходят- цивилизации остаются и «переживают политические, социальные, экономические и даже идеологические потрясения». Практически все основные цивилизации, существующие в мире в двадцатом веке, возникли по крайней мере тысячу лет назад или, как в случае с латинской америкой, являются непосредственными "отпрысками" другой, давно живущей цивилизации.

Пока цивилизации противостоят натиску времени, они эволюционирют. Они динамичны; они знают взлеты и падения, они сливаются и делятся, они также исчезают и их хоронят пески времени. Фазы их эволюции можно описать по-разному.

В-четвертых, поскольку цивилизации являются культурными единствами, а не политическими, они сами не занимаются поддержанием порядка, восстановлением справедливости, сбором налогов, ведением войн, заключением союзов и не делают ничего из того, чем заняты правительства. Политическое устройство отличается у различных цивилизаций, а также в разное время и в пределах какой-либо из них. цивилизация, таким образом, может содержать одно или более политических образований. Эти образования могут быть городами-государствами, империями, федерациями, конфедерациями, национальными государствами, многонациональными государствами, и у всех них могут быть различные формы правления. По мере того как цивилизация эволюционирует, число и природа составляющих её образований обычно меняются. В некотрых случаях цивилизация и политическая целостность могут совпадать. [3]

Проточуваши (праболгары и сувары) стали формироваться в условиях империи Хунну. По мнению болгарского ученого Петро Добрева в условиях Памира. В последующем проболгары переместились в Империю хунну.

Империя хунну тесно граничила с древнекитайской цивилизацией.Что же представляла китайская цивилизация в 200 году до н.э.?

С.П.Хантингтон о синской цивилазации писал,что все ученые признают существование либо одной отдельной китайской цивилизации, которая возникла по крайней мере в 1500 году до н.э., или двух китайских цивилизаций, одна из которых сменила другую в первые столетия христианской эпохи. В своей статье в журнале «Foreign Affairs» я назвал эту цивилизацию конфуцианской. Более точным термином, однако, будет «синская цивилизация». Не смотря на то, что конфуцианство является основной состовлящей китайской цивилизации, китайская цивилизация-нечто большее, чем учение Конфуция, и не ограничивается также китаем как политической целостностью. Термин «синский», который употребляли многие ученые, подходяще описывает общую культуру Китая и китайских сообществ в Юго-Восточной Азии и везде вне Китая, а также родственне культуры Вьетнама и Кореи.

Китайская цивилизация стала формироваться (генезис по А.Дж. Тойнби) во IIтыс. до н.э. в бассейне реки Хуанхэ и Янцзы.

Почва в Китае(южном) была благополучна и как в Египте между реками сформировалась речная(земледелческая) цивилизация.

Во главе Китая стал правитель-ван, власть его(как и шаньюй в Империи хунну) была наследственной.

В VI-V вв. до н.э. китайцы активно расселилсь на севере (между реками).В это время власть ванна (царя) ослабела и образовались несколько китайских царств. В III в. до н.э. в Китае образовалось 7 «воюющих (борющихся царств. III в. до н.э.- победителем в этой войне стал владетель царства цунь. В эти годы борьба шла и в Империи хунну между отцом и сыном (Модэ), котрый закрепился 209 г. до н.э. В 221 г. до н.э. в Китае императором стал Цинь-Шихуань (первый император династии Цинь).

Н.Н.Крадин в работе «Империя Хунну» о шаньюе писал следующее: Шаньюй имел многочисленных домочадцев: жен (яньчжи), сыновей (гуту), принцесс (цзюйцзы), младших братьев и других родственников), которые располагались, как правило, в его ставе и составляли, так сказать, «королевский двор». Все они относились к его «золотому» роду Люаньди.

Относительно происхождения трех вышеприведенных в китайских летописях терминов в литературе существует различные предположения. В.А.Панов видел в слове яньчжи китайское калькирование тюркского ач-«женщина», «жена», «хозяйка» К.Сиратори связывал его с тунгусским аси(жена), а с монгольским esi (корень, клетка). Хуннское слово гуту К.Сиратори и Г. Сухбаатар возводили к монгольскому сыновья, а В.А. Панов соотносил с близким по звучанию тюркским кот(сыновья). Относительно термина Цзюйцзы все вышеупомянутые авторы полагают,что это китайчкая транкрипция древне тюрского кыз (девица,дочь).

Самыми титулованными из родственников шаньюя являлись десять «темников» из родственников наньюя, которые составляли соответственно четыре и шесть «рогов». [6]

Шаньюй Модэ как и император Китая Цинь Шихуань имел неограниченную власть (фараон Египта) мог начать войну, мог и завершить её, заключив договор.

Исследователи отмечают, что образование (генезис) Империи хунну и Китая хронологически совпадют.

Мы отметили, что в III в. до н.э. победителем стал Цинь Шихуань, а формирование хунну происходит в V-III вв. до н.э.

По всей видимости, в этот период складывается «ядро» хуннской политики, на основе которой впоследствии произошло образование кочевой империи. На это указывает ряд обстоятельств.

· Возникновение такого крупного политического образования, как хуннская держава, предполагает существование определенной этнополитической базы, на основе которой в течение некоторого времени складывались предпосылки для последующей политической интеграции в имперскую конфедерацию.

· Хуннская политика, в период, предшествовавший воцарению Модэ, при правлении Тоуманя и даже, видимо,ранее, в середине III в. до н.э. предстает как сложившаяся централизованная политическая сиситема с существующей социальной стратификацией, разработанной иерархической системой управления, сложившимися институтами высшей власти(титул шаньюй).

· Косвенным образом подтверждают исследования китайских археологов хуннских памятников во Внутренней Монголии в период «борющихся царств». Уже в эту эпоху в хуннском обществе существовали значительные социальные различия, прослеживаемые в погребальном обряде. Погребения кочевой аристократии и вождей содержали многочисленные украшения из золота и бронзы(только в могильнике Алучжайдэн (аймак Ханцзинь) было 218 предметов общим весом более 4 кг), встречаются предметы, специально сделанные для вождей.

· Согласно китайским летописям хунну начали набеги ещё в эпоху Чжоу и Цинь. Периодически они усиливались, временами ослабевали. Ещё в середине III в. до н.э. хунну представляли большую угрозу для южных соседей и успешно грабили приграничные районы китайских царств. Однако в 81-м цзюане «Ши Цзи» сообщается, что Ли Му разбил Хунну и уничтожил более 100 000 хуннских всадников. Скорее всего, достжения китайского полководца сильно преувеличины, но, возможно, косвенно это свидетельствует о силе хуннского объединения в указанную эпоху. [7]

В отличие от земледельческой цивилизации Китая,хунну придерживались скотоводческой стадии, примеры языковой (китайской) экспансии показывают, что сельскохозяйственные и ремесленные термины были заимствованы из Китая.

Прошли такие стадии:

· Кочевую стадию;

· Земледельческую культуру;

· Достигли стадию цивилизации.

Н.Н.Крадин пишет,что основные черты экстенсивного скотоводческого хозяйства мало изменились с течением времени. В жестких экологических условиях пастбищных экосистем были выработаны специфические способы алаптации к природной среде, которые подверглись лишь некоторым изменениям на протяжении столетий.Специальные исследования по сопоставлению экономики древних, средневековых и более поздних кочевников показывают, что видовой состав стад и процентное соотношение различных видов, протяженность и маршруты перекочевок во многом детерминированы структурой и продуктивностью ландшафта. Это прослеживается при сравнении средневекового населения и жителей недавнего прошлого Северной Каракалпакии, древних сарматов и калмыков этапа нового времени, ранних и поздних кочевников Казахстана, кочевников Южного Приуралья и Калмыкии в различные эпохи, монголов периода империи и современности.

По этой причине представляется возможным привлекать историк-статистические и этнографические данные по номадам нового и частично новейшего времени для реконструкции экономических, демографических, социально- политических структур и процессов у кочевников, проживающих на данной территории в эпохи древности и средневековья.

Наиболее общие сведения о скотоводческой экономике хуннского общества содержаться в первых строках 110-й главы «Ши цзи». Превод этого фрагмента вызвал значительные разногласия среди исследователей. Н.Я. Бичурин перевел его так:

«Из домашнего скота более содержат лошадей, крупный и мелкий рогатый скот; частью разводят верблюдов, ослов, лошаков и лошадей лучших пород».

Н.В. Кюнер предлагает данный фрагмент перевести несколько иначе: «большинство их скота- лошади, коровы и бараны. Что касается их необычного скота, то это верблюды, ослы, мулы и отличные кони»

В.С. Таскин посвятил специальную статью, посвященную разбору названий трех последних животных.

Таким образом, из рассмотренного фрагмента летописи следует, что хунну вели традиционный образ существования кочевников- скотоводов. Состав стада был классическим и включал все пять основных видов разводимых номадами животных: лошадей, овец, коз, верблюдов и крупный рогатый скот. Помимо этого у хунну имелись и другие виды разводимых животных.

Н.Э. Масанов отмечает положительные качества лошади: рефлекс стадности, способность к тебеневке, подвижность, без воды, поедая снег, легче переносят перекочевки, чем крупный рогатый скот, меньше теряют веса и способны к быстрой нажировке. Овцы являлись для кочевников источником основной молочной и мясной пищи. Баранина считалась по своим вкусовым и питательным качествам лучшим мясомю из овечьей кожи изготавливался основной ассортимент одежды, а из шерст катался незаменимый для номадов войлок. [8]

Овцы ягнились обычно в апреле или в мае( беременность 5 месяцев). Чтобы этого не происходило ранее, сктоводы применяли методы контроля за случкой животных.

После зимних голодовок овцы гораздо быстрее восстанавливали свой вес и за лето прибавляли почти 40% массы. Средняя масса могольских и аборигенных бурятских баранов равнялась 55-65, а овец 40-50 кг. Кроме мясаЮ рвцы являлись источником шерсти. Овец стригли, как правило, один раз в год, в конце весны-начале лета. Буряты настригали с одной овцы 2,5 фута шерсти.

Хунну также разводили коз. Их кости встречаются в могильниках забайкалья. В Ильмовой пади, например, их около 40%- самая представительная коллекция из всех видов жертвенных жвотных.

У чуваш считалось, что «коз держит бедный». Богатый держит корову,а две-три в хозяйстве держал, то считался сверхбогатый чуваш.

Мы отметили:

· Хунну были кочевниками;

· Хунну заимствовали ремесленные, земледельческие традиции Китая;

· Хунну занимались набегами на Китай.

Могли ли древнекитайские ученые (Конфуций 550-479 гг до н.э.) оказать влияние на аристократию-ван и шаньюев Империи хунну.

Что же предлагал Конфуций?

Цель учения Конфуция- сделать государство идеальным, основанным на твердых нравственных принципах:

государство- большая семья;

стержень, на котром держится государство, это преданность и покорность, дети почитают, родителей, а подданные- своих правителей;

полная ответственность властей перед народом, чиновники должны проявлять благожелательное отношение к подчиненным;

люди должны не унижать себя высокомерием и грубостью, презирать жадность, трусость, подлость, уважать друг друга.

Выводы

· Проточуваши и в последующие годы (на Северном Кавказе, Среднем Поволжье, России) государство рассматривали как отца «Государству нужно поклониться», «Государство (царь) может наказать».

· «Чиновника надо слушаться». Даже в императорской России со стороны чуваш было очень мало жалоб.

· Чувашская этнопсихология корит высокомерие и грубость. И.Я. Яковлев- просветитель народов Поволжья (из чуваш) отмечал, «на особенную, Бог весть откуда дошедшую до них деликатность во взаимоотношениях чуваш избегает сказать кому-либо грубость, что-либо обидное, унижающее, оскорбляющее».

Достижения древнекитайской цивилизации:

· Иероглифическая письменность (II тыс. до н.э.);

· Сооружение Великой китайской стены;

· Изобретение способа производства бумаги, технологии производства фарфора, шелка, приготовления чая;

· Изобретение компаса, успехи в развитии механики и астрономии;

· Учение Конфуция.

С 71-68 гг. до н.э. проточуваши (болгары и сувары) уходят из Империи хунну и размещаются ( на 200 лет) у озера Балхаш. В конце II-начале III вв. они оседают на территории Северного Кавказа.

Вопросы и задания

1. Расскажите о древних цивилизациях?

2. Какое значение для людей имели скотоводческие, земледельческие и речные цивилизации?

3. Расскажите о теоретиках цивилизации Н.Я. Данилевском, О. Шпенглере, А.Дж. Тойнби, С.П. Хантингтона, К.Квигли.

4. Как возникли государства. Назовите черты государства.

5. Назовите феномен цивилизации?

6. Расскажите о взаимоотношениях хунну и китайцев.

7. Расскажите о шаньюе Модэ.

8. Отметьте конфуцианские черты в этнопедагогике чуваш.

9. Расскажите о религии Хунну.

Литература

1. Хантингтон С.П. Столкновение цивилизаций / С.П.Хантингтон - М., 2003. – С. 47.

2. Хантингтон С.П. Столкновение цивилизаций / С.П.Хантингтон - М., 2003. – С. 47.

3. Хантингтон С.П. Столкновение цивилизаций / С.П.Хантингтон - М., 2003. – С. 50-53.

4. Крадин Н.Н. Империя Хунну / Н.Н.Крадин - М., 2001. - С. 95.

5. Крадин Н.Н. Империя Хунну / Н.Н.Крадин - М., 2001. - С.143.

6. Крадин Н.Н. Империя Хунну / Н.Н.Крадин - М., 2001. - С. 31-32.

7. Крадин Н.Н. Империя Хунну / Н.Н.Крадин - М., 2001. - С. 65-66.

8. Крадин Н.Н. Империя Хунну / Н.Н.Крадин - М., 2001. - С. 69-70.