27 ноября 2011

Цивилизационный символизм в произведениях Петра Хузангая (1907-1970 гг.) и Якова Ухсая (1911-1986 гг.)


Тафаев Г.И.

ФГБОУ ВПО «ЧГПУ им. И.Я.Яковлева»

Цивилизационный символизм в произведениях Петра Хузангая (1907-1970 гг.) и Якова Ухсая (1911-1986 гг.)


Два великих чувашских поэта Петр Хузангай и Яков Ухсай жили и работали в ХХ веке. Век возрождения чувашской культуры, истории, государственности. Они не были теоретиками и поклонниками теории цивилизации, но в своих произведениях показали то, что большинство советских граждан просто не смогли «прочесть». Исследуя творческое наследие представленных поэтов, диву даешся их гениальной прозорливости и чутью, которое они показали в своих произведениях.
Как известно читателю  XXI века, теоретиками цивилизации являлись в мире Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер, А. Дж. Тойнби, С.П. Хантингтон, в Урало-Поволжском регионе - И.Н. Смирнов.
Биографы замечают, что Николай Яковлевич Данилевский (1822-1885), русский ученый-естествоиспытатель, мыслитель, публицист. Родился 28 ноября (10 декабря) 1822 в с. Оберец Ливенского уезда Орловской губернии. Окончил в 1842 году Царскосельский лицей, а затем факультет Петербургского университета. В 1849 получил степень магистра ботаники. Летом того же года увлечение молодого человека социалистическими идеями Фурье привело к его аресту. Данилевский провел сто дней в   Петропавловской крепости.
По Н.Я. Данилевскому: цивилизации имеет свою судьбу, свое предназначение, свою историю. Исследователь называет стадии цивилизаций: возмужание, дряхление и гибель. Ход истории выражается в смене вытесняющих друг друга культурно-исторических типов. Существует многообразие цивилизаций.
Он предлагает три периода в развитии культурно-исторических типов:
·     Этнографический (древний) период;
·     Политический (государственный) период;
·     Цивилизационный период.
Н.Я. Данилевский вводит классификацию цивилизаций:
·     «первичные»;
·     «одноосновные»;
·     «двухосновные»;
·     «объединительная».
Основные   законы,   регулирующие   возникновение,   рост   и   упадок цивилизаций:
1.  Всякое   племя   или семейство народов составляет самобытный культурно-исторический тип.
2.  Для возникновения и развития цивилизации необходимо, чтобы народ имел политическую независимость.
3.  Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам других типов. Каждый тип вырабатывает ее для себя.
4.  Для реализации подлинно высокой культуры необходим разнообразный «этнографический материал».
5.  Развитие культурно-исторических типов имеет три жизненные стадии:
·     длительный период роста;
·     период культурного и политического самоопределения;
·     период цветения;
·     период плодоношения.
Достигнув расцвета, цивилизация исчерпывает свои силы и окаменевает, становится   подверженной   неразрешимым   противоречиям,   внутренним конфликтам и утрате веры.
По Н.Я. Данилевскому цивилизации:
·     рождаются;
·     возмужают;
·     дряхлеют;
·     гибнут.
Таким образом, древнеболгарская (древнечувашская) цивилизация:
·     родилась;
·     достигла расцвета в условиях Волжско-Камской Болгарии;
·     не достигнув дряхления (преодолев раскол и распад по А.Дж. Тойнби) пошла по пути гибели;
·     моя позиция пошла по пути «смены цивилизации».
Петр Хузангай (Педер) имеет цикл стихов «Болгарские стихи». Он интересовался древней и средневековой историей своего народа (болгаро-чуваш).
В стихотворении «Благе Димитриевой» он писал:
В стране твоей узрев подобье рая,
И красоту, и стать ее люблю.
Тебя сестрою младшей называя,
Заветные слова я оживлю.

У Адала в дубовой роще ветер
Листвой шумел, мечту мою храня.
Я думал:
«Есть народ один на свете...
Была бы счастьем встреча для меня».

Я лик его разгадывал сквозь годы,
Сквозь мглу легенд,—
и книги столько раз
Мне говорили:
«Древние народы,
И кровь, и колыбель одни у вас».

Глаза болгар в то время мне казались
То карими, то синими,—
ведь в них
Европы простодушие смешалось
С азийским пылом всадников шальных

Для булгара с дунайским славянином
Балкан благословенное тепло.
А нас, в леса ушедших к угро- финнах,
От бед укрыло Севера крыло.

И вот в пространстве мысленно витал я,
Все дольше жил,
все больше прозревал.
Тебя, сестра, совсем еще не знал я,
А увидать и вовсе не мечтал.

Порою, словно образ из сказанья,
Лицо одно сияло мне с небес.
И слова ощущал я созреванье,
И снова сердце жаждало чудес.

Не душу ли без устали манила
Синь глаз твоих, земную жизнь любя?..
И вдруг судьба
мне суть твою открыла-
Болгария беднее без тебя![1]

Обратим внимание на цивилизационный символизм:
·     история (братья);
·     Атал (Волга-прародина);
·     Дуб (символ общей древней религии);
·     Кровь- общий этнос.
       
        Я предлагаю научные понятия:
·   религиозная трансформация;
·   территориальная трансформация






1.  Империя хунну.
2.  Империя Аттилы, Великая Болгария, Сувария.
3.  Волжско-Камская Болгария.
4.  Золотая Орда, Казания.
С.П. Хантингтон в произведении «Постижение истории» отмечал, что кровь, язык, религия, стиль жизни - вот что было общего у греков и что отличало их от персов и других не греков. Из всех объективных элементов, определяющих цивилизацию, наиболее важным, однако, является религия, и на это и делали акцент афиняне. Основные цивилизации в человеческой истории в огромной мере отождествлялись с великими религиями мира; и люди общей этнической при­надлежности и общего языка, но разного вероисповедания, могут вести кровопролитные братоубийственные войны, как это случилось в Ливане, бывшей Югославии и в Индостане.
·     Смешение (синтез) болгар-тюрков со славянами;
·     Спас болгар-тюрков «укрыло Севера крыло».
Все шесть позиций автора (П.П. Хузангая) вписываются в 5 законов Н.Я. Данилевского (рост, самоопределения, цветение, плодоношение, увядание).
Обратим внимание на концепцию А.Дж. Тойнби. Исследователь рассматривал всемирную историю как систему условно выделяемых цивилизаций, проходящих одинаковые фазы от рождения до гибели и составляющих ветви «единого дерева истории». Цивилизация, по А. Тойнби- замкнутое общество, характеризующееся при помощи двух основных критериев: 1) религия и форма её организации; 2) территориальный признак, степень удалённости от того места, где данное общество первоначально возникло. А. Дж. Тойнби выделяет 21 цивилизацию: египетская, андская, древнекитайская, минойская, шумерская, майянская, сирийская, индская, хеттская, эллинская, западная, дальневосточная (в Корее и Японии), православная христианская (основная) (в Византии и на Балканах), православная христианская, дальневосточная (основная), иранская, арабская, индуистская, мексиканская, юкатанская, вавилонская. Тойнби выделяет неродившиеся цивилизации (дальнезападная христианская, дальневосточная христианская, скандинавская, неродившаяся сирийская «эпохи гиксосов» — середины II тысячелетия до н. э.), а также особый класс задержанных цивилизаций, которые родились, но были остановлены в своём развитии после рождения (эскимосы, кочевники Великой степи, османы, спартанцы, полинезийцы).  В некоторых случая рождения (эскимосы, кочевники Великой степи, османы, спартанцы, полинезийцы). В некоторых случаях меняющие друг друга цивилизации образуют последовательности. Максимальное число цивилизаций в этих последовательностях не превышает трех. Последними членами последовательностей являются ныне живущие цивилизации. Таковы последовательности: минойская — эллинская — западная цивилизации, минойская — эллинская — православная цивилизация, минойская — сирийская — исламская цивилизации, шумерская — индская — индуистская цивилизации. Учёным были выдвинуты критерии оценки цивилизаций: устойчивость во времени и пространстве, в ситуациях Вызова и взаимодействия с другими народами. Смысл цивилизации он видел в том, что сопоставимые единицы (монады) истории проходят сходные этапы развития. Успешно развивающиеся цивилизации проходят стадии возникновения, роста, надлома и разложения.
По А.Дж. Тойнби:
·     Белые болгары;
·     Кочевники Великой степи.
Все цивилизации проходят циклы развития:
·     Рост- генезис;
·     Надлом- распад;
·     Разложение;
·     Смерть.

В произведениях П.П.Хузангая не сквозит печаль или исчезновение в XXI- XXII в. чуваш. Вера в ее будущее сквозит в стихотворении «Родина, Благослави!».

Когда родился- звали молодцом,
А вырос я- считали удальцом,
Хотя не знал, что суждено судьбою,
Покуда не окрепла стать моя,
Не ощущал я связи бытия
С душой народа и с самим собою.

Исполнилось семнадцать мне- и вдруг
Я вздрогнул, прозревая:
он — вокруг,
он пробужден и ныне оживает,
Народ родной,—
он  понял,  что спасен!
Стряхнув, как сон, былое горе, он
Страны свободной имя принимает.

Звенит кэсле[1] серебряной струной,
Звучит  сарнай[2] ,-
и  солнце  надо  мной
Встает, земли просторы согревая...
О Родина! Меня благослови:
Так молод я, так сердце ждет любви —
Его в кэсле сегодня превращаю.

Не укоряй за то, что заждалась,
Прости меня за то, что лишь сейчас
Пришел к тебе я, чтоб мужать с тобой,-
Нам столько лет дурманили умы,
Мы осушали ковш духовной тьмы,
Нам корни подрывало время злое.

Отныне силу всю, что мне дана,
И душу всю, что радостью полна,
Дарю народу я с зарею ясной.
Пускай засохнет молодость цветком,
Но веком я в грядущее влеком —
И песнь, я верю, будет не напрасной.[2]
Символизм- чувашской цивилизации (на 1924 г.):
·     Территория (Родина);
·     Душа (цивилизация предков);
·     Народ родной (чувашский этнос);
·     Кэсле, сарнай (культура);
·     Корни (история, менталитет);
·     Песнь (вера в культуру, язык, сохранение чуваш).

Мы можем увидеть:
1.       Цикличность в мировоззрении П. Хузангая:
нет вечного: рожденье, жизнь и смерть.
2.       Уважительное отношении к религии древних чуваш «Пути дороги» (1934 г.).

Ухабы- ийэ оголтелая пляска,
Овраги- язычества желтый оскал,
Вы- времени старого
Страшная сказка,
Я вам детей никогда не пугал.

Метель или пыль?
Все равно- наважденье,
Дороги, где леший идет по пятам!..
Я в бедах искал не у вас утешенья,
И, песни слагая, не вторил я вам.

Лес, в зелени   - летом и осенью — алый,
Совиная дрожь в твоих кронах видна.
Не я — твоя птица.
Ты чужд мне, пожалуй.
Не я пожелал тебе доброго сна.

Но облик вот этого сонного края,
Привычность природы, замшелый покой-
Все сразу нахлынуло, с маху вонзая
В гортань мою лезвие боли глухой.

О, сколько жестокости, лжи и гордыни
Вместить умудрился дряхлеющий быт!..
Народ-страстотерпец,
неужто и ныне
Скажу я: «Во сне отдохнешь от обид»?

Подушки подобием стать не хочу я,
Перины не жди от меня пуховой.
Целебной крапивой
тебя обожгу я —
Согнул до земли тебя труд вековой.

Да, я обожгу — но смятенья не скрою,
В болящую душу тревога войдет.
Хитрить никогда я не стану с тобою,
Заигрывать — тоже.
Я — сын твой, народ.

Не я — твоя слава, надежда и греза,
Но рядом с тобой
суждено мне сейчас
Сжигать устаревшее грудой навоза,
Вскрывая ошибки, губившие нас.

Не я — твой петух,
но проснулся ты рано.
И солнцу, и чистому небу ты рад.
Довольно плестись,
точно в гуще тумана,
С дымящейся трубкой столетья подряд.

Когда прояснилось вокруг —
зареглазый,
И я пробудился с тобой наконец.
Грядущее будет
не пышною фразой —
Распахнута дверь из избы во дворец.[3]

3.       Использование тотемных и религиозных символов:
·     Конь (кочевник);
·     Ласточка (свобода);
·     Волк (тотем кочевника);
·     Корова (бык) (тотем земледельца и кочевника);
·     Хушпу, тухъя (национальные головные уборы);
·     Языческие названия (религия);
·     Дуб (тотем);
·     Ветла (тотем);
·     Песня («Узорчатый мост», вера).


Родному краю- до земли поклон
За то, что отовсюду кличет он.
Давно мечтал я снова здесь брести,
Мост деревянный встретить на пути.

Покосы потянулись за мостом —
Побегать бы, как в детстве, босиком.
Росой, отяжелившею пырей,
Мне окропить бы душу поскорей.

Ветла склонила ветви над ручьем —
В густую тень упасть бы мне ничком.
«Знай, родники целебны в Сиктерме!»-
Односельчане говорили мне...

Вот за буланым пегий конь идет —
Их девушка на водопой ведет.
Узнала ли меня —пусть и не ждет —
Или притворилась, что не узнаёт?

Вот пегий конь заржал и в тот же миг
Жар удали мне прямо в грудь проник.
С красавицей бы на коня сейчас —
И на скаку поцеловать хоть раз!

Символизм чувашской цивилизации (по П.П. Хузангаю):
·     Земля (культ земли);
·     Мост (переход из мира живых в мир мертвых, культ предков);
·     Покосы (степь);
·     Ветла (ива, тотем хунну);
·     Вода (культ воды- зороастризм);
·     Конь (степь- кочевник);
·     Женщина (род, народ, дети).

Яков Ухсай в своих произведениях, как и Петр Хузангай отмечал (видел) символы древнеболгарской цивилизации. В 1927 г. молодой Яков Ухсай написал стихотворение «Коврига», где высветил символы древнечувашской цивилизации.

Ешь! — мне отец кусок поднес.
Я бережно зажал в руке
Горбушку, или «хлебный нос»,
Сказать на нашем языке.

Ко мне в фабричном платье мать,
Зардевшаяся, подошла:
— Дай бог, чтоб шли, сынок, дела,
Чтоб высоко тебе летать!

А батя, весел, возбужден,
Со мной особо ласков был
И, будто крепко выпил он,
Все говорил и говорил.

И все о хлебе:
— Ты его
Без спешки ешь, без суеты —
Получишь, сын мой, от него
И бодрость и здоровье ты!

И где бы ни был ты потом,
Сынок, ты забывать не смей,
Что хлебным и своим пупом
Ты связан с родиной своей.

И в знак того, что отчий край
Не позабудешь ты в пути,
Второй, вот этот каравай
С собой в дорогу захвати,

Возьми его и помни, сын:
В нем дух твоей родной земли.
А съешь — придется — не один:
С людьми по-братски раздели.

Не забывай язык родной,
Обычаев не забывай
И хлебных крошек, дорогой,
На твердь-дорогу не роняй.

Еще в прадедовы года
У нас считалось: хлеб — живой!
Для крошки маленькой беда
Лежать на мертвой мостовой.

Хлеб — сын земли — взращен на ней.
Чтоб он рождался вновь и вновь,
Ты высыпь эти крохи ей —
И душу хлебную, и кровь...

У нас народ суров на суд.
Не посрами же рода Пртта:
Пусть с хлебушком в тебя войдут
Тепло, и свет, и доброта.

Тут в лоб мой пальцем ткнул отец
И, хитро глянув на меня,
Спросил, смутив меня вконец,
Все ль понял и запомнил я.

Потом улыбку он с лица
Прогнал:
— Но, сын, страшись забыть,
Что выше хлеба и отца
У нас никто не может быть!..

А до того, как дому я
В последний раз махнул рукой,
Наполнилась душа моя
Тревогой смутной и тоской.

Стоял я ночью у ворот,
Осенней скован тишиной,
И думал с грустью: жаль, народ
Все песни перепел весной.

На небо глянул я, и в нем
Светился длинный млечный мост,
Начищенные сентябрем,
Мерцали мириады звезд.

Глядели звезды свысока,
Но я не видел в них миров,
А видел: капли молока
Белеют на сосках коров.

И, как отец приметил мой,
Глядевший в небо много лет,—
Дышало небо надо мной,
Как свежевыпеченный хлеб.

И теплым показался мне
Свет близких звезд не оттого ль,
Что были звезды в вышине,
Как крупная на хлебе соль![4]

Цивилизационный символизм по Я.Ухсаю:
·     Хлеб (земледелие);
·     Территория (отчий край- Чувашия);
·     Этносы (сажали хлеб);
·     Язык родной (чувашская культура);
·     Обычаи родные (чувашская культура);
·     Отец (культ предков);
·     Млечный мост (путь, вера в будущее).

Вывод
1.      Чувашские поэты П. Хузангай и Я. Ухсай в своих произведениях показали символы древнеболгарской (древнечувашской) цивилизации.
2.      Они однотипны в произведениях П.Хузангая и Я. Ухсая.
3.      До 70-80 гг. XX в. еще сохранялась вера в историю, язык и государственность.
4.      Для чувашской интеллигенции XXI в. вера в историю, язык и государственность исчезла. Идет разброд и шатание.  
5.      Чувашское общество в XXI веке раскололось на:
·        чувашистов;
·        болгаристов;
·        суваристов;
·        нигилистов.

Литература
1. Хузангай П.П. Вечерняя тень- М., 1987. ‒ С. 269-270.
2. Хузангай П.П. Там же. ‒ С. 15-16.
3. Хузангай П.П. Там же. ‒ С. 39-40.
4. Ухсай Я. Избранные произведения. В 2-х. т. Т.1.- М., 1983. ‒ С. 21-22.



[1] Кэсле    (чув.) - струнный    музыкальный    народ­ный инструмент наподобие гуслей.
[2] Сарнай (чув.) – духовный  народный музыкальный инструмент, род зурны.

Комментариев нет: