19 августа 2011

Использование Интернет-ресурса в распространении истории и культуры чувашского народа


Г.И.Тафаев

Использование Интернет-ресурса в

распространении истории и культуры чувашского народа


Русский профессор, доктор истории, уроженец Марий Эл И.Н. Смирнов (1856-1904 гг.) имеет прямое отношение к концепции древнеболгарской (древнечувашской) цивилизации. Никто до него не пытался понять историю Волжско-Камской Болгарии через теорию цивилизации.
Мы сейчас знаем понятие:
·                        Генезис, расцвет, смерть цивилизации ( по А.Дж. Тойнби);
·                        Болгарская цивилизация ( по И.Н. Смирнову);
·                        Коммунитическая цивилизация Чувашии ( по И.Д. Кузнецову);
·                        Древнеболгарская (древнечувашская) цивилизация (по Г.И. Тафаеву);
·                        Трансформация древнеболгарской цивилизации (по Г.И. Тафаеву);
·                        Смена цивилизации (древнеболгарской, по Г.И. Тафаеву).
В 90 г. ХХ века автором было предложена следующая хронология (трансформационные эпохи) древнеболгарской цивилизации:
1.   Алтайская эпоха;
2.   Северо-Кавказская;
3.   Волжско-Камская;
4.   Ордынская эпоха; [1]
5.   Российская эпоха.
Предложены цивилизационные этапы древнеболгарской цивилизации [2]:
1.   Языческо- христоматическая (Северный Кавказ);
2.   Языческо- мусульманская (Волжско-Камская Болгария, Золотая Орда, Казанское ханство);
3.   Языческо- христианская (Россия до 60-90 г. ХХ в.);
4.   Христианско- атеистический этап ( 1917-1991 гг.);
5.   Христианско-языческий (синкретический) этап с 1992 г.
Исследователи региона могут предложить сове видение проблемы цивилизационных этапов древнеболгарской и новочувашской (национально-региональной) цивилизации. Например, в Чувашии имеются ученые, которые заявляют, что «у чуваш не было цивилизации». Вопрос оставим для дискуссий в Интернете и в печати. К сожалению, Интернет «забит» материалами политизированных татарских исследователей. Их позиция:
·                        Татары-болгары;
·                        Болгарский (булгарский) язык был татаро-кыпчатский;
·                        Чуваши-хунну (по Л.Н. Гумилеву);
·                        Чуваши-гунны;
·                        Чуваши веда и т.д.[3]
И.Н. Смирнов, Н.Н. Поппе, Н.И. Ашмарин, В.Ф. Каховский, П.В. Денисов, Н.В. Никольский, В.Д. Димитриев, Г.И. Тафаев, Г.И. Комиссаров, В.П. Иванов относились к булгаристам (болгаристам) [4] [5].
Языковед Н.Н. Поппе в исследовании «О родственных отношения чувашского и тюрко-татарских языков» [6].  О прошлом болгаро-чуваш  пишет: в связи с тем, что было сказано об отношении чувашского языка к тюрко-татарским, стоит вопрос о прошлом чувашского народа. Как было сказано выше, чувашский язык занимает, приблизительно, среднее место между мон­гольским и тюрко-татарскими языками. Но кто же чуваши с каким народом древности можем мы их отождествить?
Местности, обитаемые ныне чувашами, как известно, некогда входили в   состав волжско-булгарского  царства. Царство это, столицей которого был Булгар на Волге, принадлежало к наиболее цветущим государствам своего време­ни, и городское население его стояло на высокой ступени культуры. Основание этого царства относится к VII столетию  нашей эры, когда булгарский народ колонизовал среднее Поволжье, двинувшись туда с юга, вероятно, из местностей, лежащих между нижним течением Дона и Волгой, под влия­нием событий, происходивших в ту эпоху в южно-русских степях, служивших ареной войн различных кочевых народ­ностей. В XIII ст. город Булгар на Волге подвергся опусто­шению со стороны монголов (в 1236—37 г.). В 1399 г. город был разграблен русскими, после чего он продолжал еще не­которое время существовать. В XV ст. царство волжских Булгар уже перестает существовать, т. к. к этому времени относится расцвет Казани, основанной Улу Мохаммедом (ум. в 1446 г.), и сведшей на нет значение Булгара. Вообще, в последний раз название Булгар упоминается в монетных ле­гендах 1427—28 г., после каковой даты город окончательно перестает существовать так, что ныне о былой славе булгарского царства свидетельствуют только развалины в селе Булгарском (или Успенском) Спасского уезда Казанской губ.
Исторические подробности нас здесь мало интересуют ибо самое главное для нас это то, что чуваши ныне обита­ют в местностях, некогда составлявших центр булгарского царства, из чего мы можем заключить, что чуваши являются вероятно, потомками волжских булгар. Эта догадка блестя­ще подтверждается тем, что чувашский язык чрезвычайно близок к булгарскому, от которого сохранилось несколько памятников в виде надгробных надписей XIV ст.[7].
Всемирно известный ученый Умут в 1991 г. в США, но работе написанные им в 20-30 гг. ХХ в. в СССР по сей день актуальны. В представленном исследовании Н.Н. Поппе отмечает, что в чувашском, имеется поразительное сходство булгарских слов с чувашскими, нас заставляет признать, что чувашский язык является потомком булгарского языка. Это чрезвычайно важно в историческом отношении, ибо на основании всего сказанного мы можем историю волжских булгар до некото­рой степени считать историей чувашского народа.
Булгары, предки чувашей, как сказано, были культур­ным и цивилизованным народом, имевшим торговые сноше­ния с мусульманским миром и народностями северо-восточ­ной России. Столица царства—Булгар являлась самым се­верным пунктом, куда заходили мусульманские купцы, ску­павшие там пушнину, главным образом, меха черных лисиц, шедшие из страны буртасов, т. е. мордвы, живших по со­седству с булгарами, и некоторые другие предметы. Неуди­вительно поэтому, что булгары оказали сильное культурное влияние на своих соседей, что доказывается множеством булгарских слов, заимствованных в мордовский, черемисский, зырянский и вотяцкий языки.   Это культурное влияние булгар-чувашей на соседей относится приблизительно к IX —XIII ст. нашей эры, но и за долго до этого булгары стоя­ли на высокой ступени культуры и оказывали культурное влияние на венгров, бывших значительно менее культурным народом. По булгарским заимствованиям в венгерском языке мы можем заключить, что булгары еще до IX ст. на­шей эры были оседлым скотоводческим и земледельческим народом, каковым они стали, вероятно, около VII ст., когда было основано булгарское царство на Волге.[8]
Н.Н. Поппе и другие ученые используют работы И.Н. Смирнова, которые активно внедрял научное понятие «болгарская цивилизация». Так например, профессор И.Н. Смирнов о болгарах писал:
Города.
Здесь в тридцати верстах от устья Камы, на левом берегу Волги, в окрестностях и в пределах нынешнего села Успенское (Болгары)  сохранились  еще развалины болгарских зданий — мавзолеев, мечетей, «палат», дворцов; здесь же в глубине уезда близ с. Кузнечиха обнаружено в последние годы, но еще не исследовано обширное городище — остатки другого болгарского города Сувара (Свар по произношению местных чуваш); дальше на восток в Чистопольском уезде, около пригорода Билярска, обнаружены многочисленные следы третьего крупного поселения Камско-Волжской  Болгарии, Бюляра; чистопольские татары и чуваши и теперь еще называют Билярск- Бюляр. На север от Билярска по обоим берегам Камы до Елабуги, Вятской губернии идет ряд менее значительных городищ остатки мелких болгарских городов вроде Жукотина и др. Река Белая — приток Камы, орошающий Уфимскую губернию была, кажется, границей камско-волжских болгар на востоке, где они уже соприкасались некогда с мадьярами.
Национальность волжских болгар.
В конце IX и начале X вв., когда в Болгарии водворился ислам и завязались тесные сношения с арабами, болгары делили с хазарами обладание побережьями Волги от Казани до Астрахани и были полными хозяевами Верхнего Поволжья и Камы. Вопрос о народности волжских болгар давно занимает ученый мир, главным образом, в силу того значения, которое он имеет по отношению к болгарам дунайским. Болгары дунайские пришли с востока из южнорусские степей; созвучие слов Болгар и Волга давало еще в средние века повод выводить дунайских болгар с Волги. Предков дунайских болгар считали и славянами, и тюрками, и финнами. Вдаваться в разбор этих гипотез было бы излишне располагает в настоящее время фактами, позволяющими с полной определенностью решить вопрос о месте болгар в семье урало-алтайских народов, факты эти дает начинающееся научное исследование финских и тюркских языков учеными Венгрии и Финляндии. Исследования эти выяснили, что в языках  мадьярском и угорском, зырянском, вотяцком, черемисском и мордовском сохранился ряд чуждых тюркских слов, которые объединяются одним признаком- фонетическими особенностями, характеризующими современный чувашский язык и ранние ступени его развития, которые дают возможность предлагать сравнительное исследование тюркских наречий. Этот результат лингвистических финно-угорских изысканий, прежде всего, конечно, можно было бы истолковать в том смысле, что было время, когда чуваши держали под своим культурным влиянием всех угро-финнов востока. Но чуваши становятся известными истории лишь с XVI в. Это обстоятельство заставляет изменить вывод: угро-финский мир и период, предшествующий движению мадьяр на запад, находился под культурным влиянием какой-то тюркской народности, весьма близкой по языку к  нынешним чувашам. Эта формула заменится определенной величиной,если мы примем в расчет факт, констатированный исследованием языка болгарских  надписей ХIII-XIV вв.: здесь были замечены слова — числи тельные и другие, которые по своему фонетическому типу оказываются близкими, к нынешнему чувашскому языку.
Наличность чувашизмов в памятниках ХIII‒XIV вв., когда, как уже сказано было выше, чуваши, как таковые, истории еще были неизвестны; в словах, которые вкраплены в чуждый арабский текст надписей, как единственный показатель народности, которой служили эти надписи, устанавливает совершенно ясно отношение   между   загадочным   древнечувашским   языком   и болгарским, древнечувашский язык был языком болгар.
Установив этот факт, мы поймем древние чувашизмы в угро-финских наречиях  и одновременно определим место болгар в урало-алтайском мире: народом, оказавшим могущественное культурное влияние на угро-финский мир в бассейне Волги и Камы и оставившим следы этого влияния в его наречиях в виде чувашизмов,  и были болгары; памятники языка древних болгар, уцелевшие в угро-финских наречиях, свидетельствуют совершенно ясно, что язык этот, древняя форма нынешнего чувашского—тюркский.
Данные слова позволяют в настоящее время с достоверностью установить тюркское происхождение болгар. Не противоречат этому и черты, которыми характеризуется культура древних болгар.
Источники для изучения истории болгар.
Прежде чем перейти к ним, скажем несколько слов об источниках, которыми мы располагаем относительно древних болгар. До сравнительно недавнего времени историки располагали двумя главными источниками для изучения древнеболгарской культуры — известиями арабских писателей и вещественными памятниками Древней Болгарии, добытыми в ее почве. Известия арабов недостаточно обильны, но они имеют крупную ценность, будучи приурочены к определенному времени. Вещественные памятники подтверждают то, что говорят арабы, дают больше подробностей, но археологи не успели еще классифицировать этот материал хронологически: монеты, здания относятся к последнему периоду болгарской истории — периоду зависимости болгар от татар, предметы бытовой обстановки большей частью не поддаются хронологическому определению. В последнее время открыт новый ценный источник сведений о былой культуре болгар, это — обломки языка древних болгар, главным образом слова относящиеся к  различным сторонам материальной, экономической, социальной и духовной жизни уцелевшие, после гибели народа, в местных финских языках — черемисском,  мордовском и в особенности в вотяцком и зырянопермском. Благодаря работам Вихмана Мункачи, Паасонена и старой работе Золотницкого (Корневой словарь чувашского языка) явилась возможность внести в картину древнеболгарской культ подробности, о которых невозможно было и думать при прежних условиях исследования. После этого небольшого отступления обратимся к фактам.
Быт болгар.
С именем «тюрки» у нас соединяется представление о народе, живущем пастушеской жизнью, занимающемся преимущественно коневодством, не знающим оседлости и переносящем с места на место свое характерное жилье – войлочную кибитку. Ступень развития, на которой застают болгар наши источники, несколько выше. Остатки былого кочевого, пастушеского быта еще сохраняются: летом болгары выселялись в степь и жили в войлочных кибитках, пишу их с как и у современных тюрков-кочевников, преимущественно конина, конями и конскими шкурами болгары платили дань своему хану, верховой конь служил им и главным средством передвижения, но рядом с этими чертами чисто коневого быта мы встречаем у болгар зачатки высшей оседло-земледельческой культуры; зимой они жили в деревянных домах; сочетания этих зимних домов образовали города, которых у них было немало; в пищу, кроме конины, входили продукты земледелия — преимущественно просо; в XII в. Болгария является житницей Верхнего Поволжья в годы неурожая и голода.
Если бы не города, состояние болгар IX—XI вв. можно было бы сопоставить переходным периодом, который переживали на протяжении ХIX  в. современные обитатели приволжских степей — башкиры и казахи: здесь и зимовки, деревни зимовок, рядом с войлочными кибитками, здесь и земледелие, и просо как главный его продукт. Города поднимают болгар ступенью выше. Эпитеты, которыми пользуются русские летописцы, говоря о болгарских городах- «великий», «славный», способны вызвать преувеличенные и неверные представления о древнеболгарских городах. Арабы дают более определенный материал относительно этих городов. По сведениям Эль Балхи, в двух из главных болгарских городов — Болгар и Савар, было в X в. до 10000 жителей; по  поводу собственно Болгара он же бросает очень важное замечание: (внешний) «Булгар есть маленький город, известный только тем, что он есть главнейший торговый пункт этого государства»; Мукадесси (X в.) относительно Сувара говорит, что его составляли войлочные юрты. В X в., стало быть, «города» Болгарии только размерами отличались от казахских и башкирских аулов, а размеры эти определялись теми экономическими и торговыми интересами, которые стягивали к известным пунктам полукочевое население.
Земледелие.
Переход от кочевого быта к земледелию и оседлости совершился у болгар уже на месте — частью под влиянием географических условий, а главным образом под влиянием культурной среды. Те же исследования над заимствованными словами угро-финских наречиях установили, что земледелие зародилось на территории  Волжской Болгарии раньше появления здесь болгар: у югры, зырян, вотяков, черемис и мордвы оказался ряд слов, относящихся к скотоводству и земледелию, которые заимствованы из иранских наречий в пору, когда иранские племена (сарматы) были непосредственными соседями финнов с юго-востока. Эта связь между иранскими и финскими племенами была порвана, несомненно в эпоху гуннского движения. Но толчок, данный иранцами финнам, сохранил свою силу, и болгары, оторвавшись в V—VI вв. от основной гуннской орды, должны были найти в районе слияния Волги и Камы земледельческое население. Слова заимствованные финнами в области земледелия у болгар, позволяют продолжить, что внесли в развитие волжского земледелия болгары; черемисы  и вотяки заимствовали у болгар-чуваш слова для обозначения борозды, пахотного поля по-стати-пространства, которое может сделать за день один человек, полосы и пашни, межи, другими словами — термины, относящиеся к такой ступени земледелия, когда ручная, мотыжная обработка почвы уступает место обработке плугом и возникают более или менее обширные правильно возделанные поля. Весьма вероятно, что болгары-завоеватели, подобно обрам русского предания явились не учителями, а только организаторами подневольного труда туземцев, что они заставили финнов перейти к более интенсивному земледелию и работать не только на себя, но и на завоевателей. Позднее они и сами могли постепенно перейти от пастушества к земледелию, как перешли к нему еще в XVI-XVII века потомки татар.
Торговля.
Возникновение в районе слияния Волги и Камы городов как торговых центрах представляется совершенно естественным с момента, как тюрки утвердились на нижней Волге. Еще ранее этого в пределах Средней Азии тюрки вошли уже в сношения с восточной ветвью финнов — югрой — и выменивали на серебряную утварь и чаши, блюда и т.д. драгоценные меха. Через Урал они тогда еще перебрались в бассейн Камы, принадлежавший той же югре. С водворением хазар на Волге все Поволжье входит в сферу хазарского торгового влияния: болгары начали свою жизнь на Волге как подручники хазар, которым они платил дань наравне со своими соседями буртасами. Поднявшись вверх по Волге до впадения Камы, хазары могли тотчас оценить, какое значение имеет для их торговли территория  Волжской  Болгарии:  те товары,  ради  которых  среднеазиатам приходилось предпринимать тяжелые путешествия на север, могли получаться здесь сплавом по Каме и верхней Волге. Весьма возможно, что первые города и  рынки Волжской Болгарии обязаны своим возникновением хазарам: Мукадеси  включает, может быть, недаром Болгар и Сувар в число хазарских городов. В X  в.   болгарские  товары,   по   свидетельству  Ибн- Раста поступали, прежде всего, в руки хазар и от них уже шли далее на восток.
Жилища.
В связи с городами следует коснуться вопроса о деревянных домах болгар. Исконным жилищем болгар-кочевников была, конечно, войлочная юрта, которой они по привычке пользовались и в Болгарии, но рядом арабские писатели говорят о деревянных домах, в которых они, подобно буртасам, жили зимой. В быте первоначально кочевого, степного народа деревянный дом представляет собой  вещь новую и чуждую, и мы должны уже предположить, что болгары заимствовали его у туземного финского населения. К тому же заключению нас приводит сравнительное исследование форм жилища у чуваш, черемис, вотяков и мордвы. Финское жилище отражает никло в бассейне Волги—Камы задолго до появления здесь болгар: из бронзового века (могильники Ананьинский и Каракулинский) идут определенные формы маленьких сосудов, сделанных от руки и довольно богато орнаментированных. Принесли ли болгары сами какие-нибудь новые формы сомнительно; кочевники, тюрки и монголы вообще с большей охотой применяли для посуды продукты скотоводства, кость и кожу, чем глину. Сохранившиеся в почве Болгарии керамические изделия идут по большей части из Средней Азии своими формами; таковы сосуды для воды, кувшины для омовения, лампы. Один вид керамических изделий идет, по-видимому, от арабов. Это неизвестного назначения конические новые сосуды с узким отверстием и очень толстыми стенкам.[9]
Проблемы древнеболгарской (древнечувашской) цивилизации волнуют исследователей из России, США, Германии, Чехии, Японии, Монголии, Кореи, Швеции, Канады. Мы провели статистику поиска данной проблемы в Интернете (блог Г.И. Тафаева).
Просмотр страницы Г.И. Тафаева с 30.04.2011-29.05.2011 (за месяц).
Россия 441
Болгария 44
Беларусь 35
Украина 20
США 19
Германия 10
Чехия 6
Казахстан 6
Латвия 4
Швеция 3
Просмотр страницы по браузерам
Internet Explorer 202 (32%)
Chrome 151 (24%)
Firefox 126 (20%)
Opera 111 (18%)
Safari 21 (3%)
NS8 2 (< 1%)
Netscape 1(< 1%)

Просмотр страницы по операционным системам
Windows  572 (97%)
Linux 8 (1%)
Macintosh  2 (< 1%)
Nokia 1(< 1%)
Other Unix 1(< 1%)
iPad 1(< 1%)

Какие темы (статьи) интересуют зарубежных исследователей?
Развитие сельского хозяйства в Волжско-Камской Болгарии 41 просмотры страницы
Экспансия жизни древнетюркской и новотюркской цивилизации 33 просмотры станицы
Этноязыковая трансформация древнеболгарской цивилизации 20 просмотры станицы
Стадии становления чувашской языческой цивилизации 17 просмотры станицы
Болгаро-чувашский эпос об Улыпе как источник истории 11 просмотры станицы
Животные и птицы в мифологии древнеболгарской цивилизации 8 просмотры станицы
Сборник трансформации общероссийских политических партий 6 просмотры станицы
Цивилизационны символы в древнечувашской и новочувашской истории 6 просмотры станицы
Миссианская роль чувашского народа по И.Я. Яковлеву 5 просмотры станицы
Ранние тюрки и тюркские племена Евразии в учебниках истории и культуры 5 просмотры станицы

Страницы.
Страницы
Поездка в г. Болгар 14 мая 2011 г. 19 просмотры станицы
Кай Элерс и Геннадий Тафаев 15 просмотры станицы
Презентация В.Д, Димитриева «Чебоксары XVIII век» 3 просмотры станицы
Встреча болгарских ученых в г. Чебоксары 2 просмотры станицы
Выводы
1.   Для международного читателя И.Н.Смирнов известен тем, что он впервые выдвинул  концепцию болгарской цивилизации; во-вторых, указал на выход чувашского языка из болгарской цивилизации. По мнению И.Н. Смирнова, болгары волжские- чуваши современные.
2.   Государство Волжская Болгария, образовавшееся в IX веке нашей эры на территории, на которой живем сейчас мы, явилось следующей ступенью развития наших предков, которую мы называем Волжско-Камской трансформационной эпохой.
3.   В разное время учеными были выдвинуты различные гипотезы происхождения  чувашей: от хазар (А.А.Фукс), буртасов (В.А.Сбоев), гуннов (В.В. Бартольд, Л.Н. Гумилев), финоугров (Н.М.Карамзин, Н.А.Фирсов), древних авар, болгар, хазар, сувар, иранцев и т.д. Болгарская цивилизация оказала великое цивилизационное влияние на народы Поволжья.
4.   Впервые о болгарской цивилизации на уровне Урало-Поволжского региона высказался И.Н.Смирнов, профессор Казанского императорского университета. Преемницей болгарской цивилизации, по мнению И.Н.Смирнова, является чувашский этнос  (по Г.И. Тафаеву новочувашская цивилизация).
5.   Интернет дает всем ознкакомиться с достижениями по истории и культуре древнего болгаро-чувашского народа.

Литература
1.   Тафаев, Г. И. Болгаро-чувашская цивилизация : Генезис / Г.И. Тафаев ‒ Чебоксары, ЧГПУ им. И.Я. Яковлева, 2002. Ч. 1.
2.   Тафаев, Г. И. Болгаро-чувашская цивилизация : Смешение. / Г.И. Тафаев ‒ Чебоксары, ЧГПУ им. И.Я. Яковлева, 2002. Ч. 2.
3.   Тафаев Г. И. Болгаро-чувашская цивилизация : Созревание / Г.И. Тафаев ‒ Чебоксары, ЧГПУ им. И.Я. Яковлева, 2002. Ч. 3.
4.   Денисов, П. В. Религиозные верования чуваш. – Чебоксары, 1959.
5.   Каховский, В. Ф. Происхождение чувашского народа. ‒ 3-е изд., перераб / В.Ф. Каховский ‒ Чебоксары : Чуваш. кн. изд-во, 2003.
6.   Поппе, Н.Н. О родственных отношения чувашского и тюрко-татарских языков / Н.Н. Поппе ‒ Чебоксары, 1925.
7.   Поппе, Н.Н. Там же. ‒ С.8-10.
8.   Поппе, Н.Н. Там же. ‒ С.10-11
9.   Тафаев, Г.И. Волжская Болгария: языческо-мусульманская цивилизация / Г.И. Тафаев, Чебоксары, 2008.

Комментариев нет: