13 марта 2011

Цивилизационное самосознание чувашского народа

Цивилизационное самосознание чувашского народа

В конце XX – начале XXI вв. в России московские и региональные исследователи все активнее стали использовать теорию цивилизаций в своих историко-культурологических, философских и этнографических работах.

Были изданы сотни монографий, учебников, учебных пособий по теории цивилизаций. В свет вышли работы А. С. Ахиезера, В. В. Ильина, И. В. Можайского, А. С. Панарина, О. А. Платонова, М. П. Мчедлова, В. В. Викторова, С. П. Хантингтона, Н. Я. Данилевского, О. Шпенглера, В. Л. Цымбурского, Л. И. Семенниковой, Л. А. Моисеевой и др.[1].

На уровне Урало-Поволжского региона автором совместно с Б. В. Каховским была проведена международная научная конференция 19-20 мая 2006 г. «Цивилизации народов Поволжья и Приуралья». Конференция была посвящена 150-летию со дня рождения И. Н. Смирнова (1856-1904), первого теоретика болгарской цивилизации.

Следующая конференция была посвящена 80-летию со дня рождения В. Д. Димитриева по теме «Актуальные проблемы исторической регионалистики». С 1991 г. автором было проведено более 20 различных научных конференций по теории цивилизации. Многие из них автором были проведены до 2001 г. в статьях ЧГУ, а после перехода в октябре 2001 г. в ЧГПУ более 10 конференций были проведены здесь.

По теории цивилизации автором издается серия научных пособий «Истоки чувашской цивилизации», из которой на начало XXI в. вышло более 60 книг. С 2008 г. кафедра региональной истории стала выпускать серию сборников научных статей «Проблемы исторической регионалистики» (3 выпуска).

При разработке теории цивилизации в условиях Урало-Поволжского региона, автор опирается на работы Н. Я. Данилевского, О. Шпенглера, А. Дж. Тойнби, Л. Н. Гумилева, М. П. Мчедлова, И. Н. Смирнова, С. П. Хантингтона, Л. И. Семенниковой, В. М. Хачатуряна, В. В. Викторова и др. При разработке теории цивилизации применительно к тюркским цивилизациям автор опирался на труды геополитиков Ф. Ратцеля, Р. Челлена, Мэхена, Макиндера и др.

О цивилизационном самосознании писал С. П. Хантингтон в работе «Столкновение цивилизаций». В I главе «Почему неизбежно столкновение цивилизаций?» он пишет, что идентичность на уровне цивилизации будет становиться все более важ­ной, и облик мира будет в значительной мере формироваться в ходе взаимо­действия семи-восьми крупных цивилизаций. К ним относятся западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, православно-славянская, латиноамериканская и, возможно, африканская цивилизации. Самые значи­тельные конфликты будущего развернутся вдоль линий разлома между циви­лизациями. Почему?

Во-первых, различия между цивилизациями не просто реальны. Они - наиболее существенны. Цивилизации несхожи по своей истории, языку, культуре, традициям и, что самое важное, - религии. Люди разных цивилиза­ций по-разному смотрят на отношения между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, родителями и детьми, мужем и же­ной, имеют разные представления о соотносительной значимости прав и обя­занностей, свободы и принуждения, равенства и иерархии. Эти различия складывались столетиями. Они не исчезнут в обозримом будущем. Они более фундаментальны, чем различия между политическими идеологиями и поли­тическими режимами. Конечно, различия не обязательно предполагают кон­фликт, а конфликт не обязательно означает насилие. Однако в течение столе­тий самые затяжные и кровопролитные конфликты порождались именно раз­личиями между цивилизациями.

Во-вторых, мир становится более тесным. Взаимодействие между наро­дами разных цивилизаций усиливается. Это ведет к росту цивилизационного самосознания, к углублению понимания различий между цивилизациями и общности в рамках цивилизации. Североафриканская иммиграция во Фран­цию вызвала у французов враждебное отношение, и в то же время укрепила доброжелательность к другим иммигрантам – «добропорядочным католикам и европейцам из Польши». Американцы гораздо болезненнее реагируют на японские капиталовложения, чем на куда более крупные инвестиции из Ка­нады и европейских стран. Все происходит по сценарию, описанному Д. Хорвицем: «В восточных районах Нигерии человек народности, ибо может быть ибо-оуэрри, либо же ибо-онича. Но в Лагосе он будет просто ибо. В Лондоне он будет нигерийцем. А в Нью-Йорке – африканцем». Взаимодейст­вие между представителями разных цивилизаций укрепляет их цивилизационное самосознание, а это, в свою очередь, обостряет уходящие в глубь исто­рии или, по крайней мере, воспринимаемые таким образом разногласия и враждебность.

В-третьих, процессы экономической модернизации и социальных изме­нений во всем мире размывают традиционную идентификацию людей с ме­стом жительства, одновременно ослабевает и роль нации-государства как ис­точника идентификации. Образовавшиеся в результате лакуны по большей части заполняются религией, нередко в форме фундаменталистских движе­ний. Подобные движения сложились не только в исламе, но и в западном христианстве, иудаизме, буддизме, индуизме. В большинстве стран и кон­фессий фундаментализм поддерживают образованные молодые люди, высо­коквалифицированные специалисты из средних классов, лица свободных профессий, бизнесмены. Как заметил Г. Вайгель, «десекуляризация мира - одно из доминирующих социальных явлений конца XX в.». Возрождение ре­лигии, или, говоря словами Ж. Кепеля, «реванш Бога», создает основу для идентификации и сопричастности с общностью, выходящей за рамки нацио­нальных границ - для объединения цивилизаций.

В-четвертых, рост цивилизационного самосознания диктуется раздвое­нием роли Запада. С одной стороны, Запад находится на вершине своего мо­гущества, а с другой, и возможно как раз поэтому, среди незападных цивили­заций происходит возврат к собственным корням. Все чаще приходится слышать о «возврате в Азию» Японии, о конце влияния идей Неру и «индуизации» Индии, о провале западных идей социализма и национализма к «реисламизации» Ближнего Востока, а в последнее время и споры о вестернизации или же русификации страны Бориса Ельцина. На вершине своего могущества Запад сталкивается с незападными странами, у которых достаточно стремле­ния, воли и ресурсов, чтобы придать миру незападный облик.

В прошлом элиты незападных стран обычно состояли из людей, в наи­большей степени связанных с Западом, получивших образование в Оксфорде, Сорбонне или Сандхерсте, и усвоивших западные ценности и стиль жизни. Население же этих стран, как правило, сохраняло неразрывную связь со сво­ей исконной культурой. Но сейчас все переменилось. Во многих незападных странах идет интенсивный процесс девестернизации элит и их возврата к собственным культурным корням. И одновременно с этим западные, главным образом американские обычаи, стиль жизни и культура приобретают попу­лярность среди широких слоев населения.

Таким образом, четвертый пункт работы С. П. Хантингтона относится к «цивилизационному самосознанию». Что мы в этом пункте видим:

1) раздвоенность самосознания;

2) западный мир;

3) незападный мир;

4) исторические корни;

5) вестернизация;

6) русификация;

7) воспитание элиты;

8) привязанность к своей культуре;

9) популярность западной культуры.

Для чувашей эти позиции звучат так:

1) Когда существовала цивилизационная раздвоенность самосознания чувашского мира?

2) Проточуваши формировались как восточная цивилизация.

· Империя хунну – Восток;

· Империя Аттилы – восточная цивилизация, ставившей задачу покорения западной цивилизации (Греко-римской).

Обе империи Модэ и Аттилы выражали одну модель мышления: агрессия, захват территорий, населения, рабов, богатства.

Р. Челлен рассматривал единство: территории, почвы, народа. Ратцель писал, что дом – это пространство, семья – это народ. По Конфуцию семья – это государство, отец – это император. По Ф. Ратцелю государство – это общность народа и пространства. Модэ говорил, что «земля основа государства». Таким образом, мы видим, что раздвоенность существовала в направлении удара, извечно, что до 300 тыс. кочевников – хунну вторгались в китайские земли.

Второе направление западное – Средняя Азия - шелковый путь, земли ираноязычных народов. С I в. эта раздвоенность усилилась и западные хунну ушли на территорию Средней Азии и Северного Кавказа.

Раздвоенность самосознания у болгар, сувар, хазар сохраняется в условиях Северного Кавказа.

В 619 г. болгарская знать во главе с Органом и Кубратом принимают христианство в Константинополе. Азиатский Восток оттесняется из сознания элиты (аристократии) и формируется христианско-византийская аристократия, например, Боарикс, которая приказала уничтожить 12 тыс. тюрков-сувар, перешедших на сторону Византийской империи. Она выражала интересы христианизированной элиты, которая ориентировалась на Византийскую империю. Незападным миром было все остальное.

Христианство победило повторно в условиях Суварского царства правителя Алп-Илитвера, который попытался повернуть свою элиту на сторону Византийской империи и христианского мира.

В 682 г. суварская знать во главе с Алп-Илитвером принимают в Агвании (Албании) христианство.

Борьба религий продолжается (по С. П. Хантингтону) в условиях Волжской Болгарии.

В 922 г. при Алмуше болгарская знать принимает ислам («белые болгары» по А. Дж. Тойнби).

Таким образом, ведущей религией на Северном Кавказе является христианство, а на территории Среднего Поволжья – ислам.

Незападный мир победил в условиях Волжско-Камской Болгарии, но 90-95 % населения оставалось в тюркском язычестве (болгары, сувары, марийцы, мордвы, удмурты и др.).

Какие исторические и этнокультурные корни в этой раздвоенном самосознании?

1. Христианские корни частично забылись;

2. Исламские традиции, которые были навязаны с 640 г. болгарам, суварам, барсилам в ходе хазаро-арабской войны (640-740 гг.) на Северном Кавказе закрепились в условиях Волжской Болгарии;

3. Тюркское язычество (этническая религия) оказалось в более благоприятной среде;

4. Исконные этнокультурные и этноязыковые корни (традиции) в условиях Волжско-Камской Болгарии победили.

Болгары – это татары, 90 % Волжской Болгарии являлись мусульманами.

Как известно, первое упоминание о чувашах относятся к 1508 г., Чувашии – к 1521 г.

Татарские ученые ликвидируют раздвоенность татарского самосознания путем искажения истории и подмены ее исламской. Для татар ислам – основа цивилизационного пути, а христианство и язычество рассматривается как форма «предательства», «перехода на сторону русских».

Русский (западный мир) противопоставляется Восточному миру (незападному миру). Этот процесс подмены (замены) в Татарстане ускорился в 40-50-е гг. XX в. Условием этой замены является ислам, все остальное вторично.

Обратимся к С. П. Хантингтону.

В-пятых, культурные особенности и различия менее подвержены изме­нениям, чем экономические и политические, и вследствие этого их сложнее разрешить либо свести к компромиссу. В бывшем Советском Союзе комму­нисты могут стать демократами, богатые превратиться в бедных, а бедняки - в богачей, но русские при всем желании не смогут стать эстонцами, а азер­байджанцы - армянами.

Мы перефразируем С. П. Хантингтона, скажем, что «чуваши, мордвы, марийцы, удмурты и др. не хотят и не станут татарами, а татары башкирами».

Предложим разбор пятой и шестой позиции С. П. Хантингтона.

Вестернизация в условиях Татарстана и Башкортостана происходит в направлении модернизации техники, экономики с ренессансом ислама.

Этот путь мы называем вестернизация и модернизация, но татарская идет еще дальше по пути к экспансии жизни.

Направления:

· Поглощение ближайших территорий через экономическую экспансию и банковскую систему;

· Распространение ислама среди христианского населения через массовое строительство мечетей, открытие учебных заведений.

С. П. Хантингтон отмечает, что в классовых и идеологических конфликтах ключевым был вопрос: «На чьей ты стороне?» И человек мог выбирать - на чьей он стороне, а также менять раз избранные позиции. В конфликте же цивилизаций вопрос ставится иначе: «Кто ты такой?» Речь идет о том, что дано и не подлежит изменениям. И, как мы знаем из опыта Боснии, Кавказа, Судана, дав неподходящий ответ на этот вопрос, можно немедленно получить пулю в лоб. Религия разделяет людей еще более резко, чем этническая принадлежность. Человек может быть полу-французом и полу-арабом, и даже гражданином обеих этих стран. Куда сложнее быть полу-католиком и полу-мусульманином.

Мордвы, чуваши, марийцы, удмурты, коми могут ли в условиях православной России иметь раздвоенное самосознание?

С середины XVI в. в условиях российской цивилизации данные народы консолидировались, спаслись от исламской ассимиляции в условиях Золотой Орды и Казании (они находились более 300 лет под исламским влиянием). В условиях России они сохранились, 99 % представителей этих народов ориентируются на культурные и религиозные ценности русского населения.

Невзирая на это до 80% населения сохраняют принадлежность к своей национальной культуре, до 60% - к своей языку. Среди населения перечисленных народов (марийцы, мордва, чуваши, удмурты, коми) сохраняется национальность, любовь к русской культуре, музыке и языку. Для христианских (малых) народов Российской Федерации на начало XXI в. раздвоенность самосознания не играет существенной роли.

Православная религия в условиях Российской Федерации несет в себе консолидирующую роль.

Мы должны исходить по Ф. Ратцелю из понимания «Как это возможно, что Родина – Отчизна подобна индивиду, она как отец и мать для отдельного человека? А это из-за того, что Отчизна – это нация, в сообществе которого мы, отдельные индивиды, члены этого общества, нашим существованием сливаемся в одно единое целое, наподобие тому, как сливаются в нашем теле клетки нашего организма».

Припомним и другие слова Ратцеля: «из симбиотического взаимодействия между двумя элементами: земля (Boden) и народ (Volk) – государство приобретает свою организационную форму, свою органическую сущность, свой характер формы жизни. Государство для нас – это организм. И не только потому, что существует тесная связь между жизненной силой нации с неподвижной землей ,но потому, что эта связь усиливается при постоянном взаимодействии этих двух сил, которые в конечном счете сливаются в одно неразделимое целое».

Выводы

1. Для большинства российских христианских народов раздвоенности самосознания не существует.

2. Сохраняется и закрепляется раздвоенность самосознания у российских мусульманских народов.

3. Процесс ассимиляции у малых христианских народов сохраняется.

4. Популярность в РФ русской культуры, языка в начале XXI в. сохраняется.

5. Унификацию и стандартизацию национальных субъектов Российской Федерации, которые могут произойти через 10-25 лет, вряд ли поддерживают исламские народы.

6. Российская цивилизация в конце XX – начале XXI вв. трансформировалась в модульную цивилизацию.

Литература

1. Ахиезер, А. С. Россия: Критика исторического опыта. В 3 т./ А. С. Ахиезер. – М.,1991.

2. Ильин, В. В, Ахиезер, А. С. Российская цивилизация: содержание, границы, возможности /В. В. Ильин, А. С. Ахиезер. – М., 2000.

3. Можайскова, И. В Духовный образ русской цивилизации и судьба России: Опыт метаисторического исследования. В 4 ч. / И. В. Можайскова. - М.,2002.

4. Назаретян, А. «Столкновение цивилизаций» и «Конец истории» / А. Назаретян // ОНС - 1994. - №6.- с.140-146.

5. Панарин, А. С. Православная цивилизация в глобальном мире / А. С. Панарин. - М.,1992.

6. Платонов, О.А. Русская цивилизация / О. А. Платонов. - М.,1992.

7. Российская цивилизация: Учебное пособие для вузов/ Под общ. ред. М.П. Мчедлова. - с.563-564.

8. Тафаев, Г. И. Российская цивилизация в условиях модернизации (цивилизационный аспект) / Г. И. Тафаев. - Чебоксары, 2000.

9. Хантингтон, С. П. Столкновение цивилизаций / С. П. Хантингтон. - М., 2003

10. Цымбурский, В. Л. Россия-земля за Великим Лимитрофом: цивилизация и ее геополитика / В. Л. Цымбурский. - М., 2000.

11. Моисеева, Л. А. История цивилизаций / Л. А. Моисеева. – Ростов –на –Дону, 2000.

12. Семенникова, Л. И. Россия в мировом сообществе цивилизаций / Л. И. Семенникова. – М., 2003.

13. Тойнби, А. Дж. Постижение истории / А. Дж. Тойнби. – М., 2004.

Комментариев нет: